21:13 

«Lessons of Loving», главы 4-6

aozu
Mada mada da ne
перевод: itildin
Название – «Lessons of Loving»
Автор - DnKS-giRLs
Пара – Фуджи\Рёма, упоминание Тезука\Атобе
Рейтинг – ПГ-13
Жанр – romance\humour
Разрешение на перевод – запрос отправлен
текст размещен с разрешения переводчика
Дисклеймер: все принадлежит Кономи

Глава 4

Держаться за руки

Рёма скучал. Ни одного интересного матча за всю тренировку. Похоже, ему в очередной раз не повезло и противники, словно сговорившись, не воспринимали игру вне турниров всерьез. Разочарование и нехватка сильных эмоций ощущалась особенно остро из-за того, что Рёма был полон энергии, которой явно требовался выход.
Эчизен ухмыльнулся, вспомнив причину своей повышенной активности и приподнятого настроения. Он совершенно не ожидал, даже подумать не мог, что однажды назовет Фуджи Шьюске бойфрендом. Не в этой жизни. Рёма всегда считал Фуджи кем-то очень далеким, недосягаемым. Недостижимым. А теперь они стали парой. У Рёмы мелькнула мысль, что, возможно, если бы он догадывался о том, насколько легко окажется получить согласие – предложил бы тенсаю встречаться гораздо раньше.
Но, тем не менее, Эчизен прекрасно знал, что кое-что в их отношениях неправильно. Не так, как должно быть. Рёма с неудовольствием думал о том, что Фуджи по-прежнему общается с ним, словно они просто хорошие знакомые – ни больше, ни меньше. Разумеется, Рёма не слишком разбирался в вещах, не относящихся к теннису – он целиком и полностью отдавал себя игре, а любовь и свидания его мало интересовали. Но ведь должны же те, кто состоят в паре, делать что-то особенное, верно? Эчизен счел это вызовом – заставить Фуджи действовать по-другому, так, чтобы их отношения, наконец, стали похожи на любовные, но принять решение оказалось несравнимо проще, чем исполнить. Основная проблема заключалась в отсутствии у Рёмы необходимого опыта. Он абсолютно не представлял, как именно предполагается вести себя в подобной ситуации.
Эчизен недовольно нахмурился. Он никогда не обращал внимания на поведение влюбленных пар в школе, никогда не интересовался иллюстрациями в журналах отца и брата, а если мать включала телевизор, и там шла какая-нибудь мелодрама – возводил глаза к потолку и отворачивался, демонстративно уткнувшись в книгу о теннисе. Единственное, что Рёма твердо усвоил – для создания пары требуется согласие обоих ее участников. И все. Помимо этого он знал, что без всяких сомнений может назвать себя настоящим гением в теннисе, но полным дилетантом в любовных отношениях.
Рёма мысленно вздохнул. Никак не удавалось переключиться с возможных вариантов того, что стоило бы сделать с Фуджи, на матч, хотя противник давно уже начал играть серьезно. Эчизен практически сразу адаптировался к стилю оппонента, но ему стоило сосредоточиться на происходящем на корте, если он собирался победить.
Рёма ненавидел проигрывать.
Его противник, Кевин, был отличным игроком. Рёме приходилось тщательно контролировать каждый удар – любая, самая незначительная ошибка обойдется в пятнадцать потерянных очков. Его сознание и тело реагировали автоматически, полностью подчинившись заданному темпу игры. В такие моменты мир за пределами корта переставал существовать. Это продолжалось ровно до тех пор, пока Рёма внезапно не ощутил чужое присутствие.
Ему даже не пришлось оборачиваться, чтобы понять, кто пришел. Эчизен ухмыльнулся, и Кевин, заметив это, недоуменно нахмурился. Рёма, продолжая довольно ухмыляться, сделал Twist Serve - решил закончить матч как можно скорее. Не ожидающий такой подачи Кевин перехватил ракетку удобнее, собираясь отбить, но удар получился слишком слабым, и Рёма, отступив на пару шагов, завершил игру великолепным смэшем.
Удовлетворенный победой Эчизен подошел к сетке, собираясь обменяться рукопожатием с Кевином, раздосадовано бормочущим нечто неопределенное. Сразу после этого Рёма направился к тому, кто, стоя чуть в отдалении, мягко улыбался, держа в руках профессиональный фотоаппарат.
- Привет, - поздоровался он с Фуджи. – Как тебе моя игра?
Фуджи усмехнулся.
- Ты ведь не играл серьезно, верно?
Рёма пожал плечами.
- Наверно, у тебя научился. Приехал фотографировать матчи?
Тенсай кивнул.
- Мне потребуется еще несколько минут. Я здесь недавно, а мой коллега – был вчера и сегодня с утра.
- Вот как? Давай вернемся домой вместе?
Фуджи улыбнулся и не стал отказываться.
- Хорошо, я тебя подожду.
Рёма кивнул и направился к своему недавнему противнику, собираясь отпроситься с тренировки пораньше – Кевин занимал должность вице-капитана, а поскольку сам капитан отсутствовал, логично было обратиться к его заместителю. Кевин, услышав вопрос, насмешливо прищурился и заявил:
- Это из-за той мисс? Знаешь, она очень симпатичная. Я-то всегда считал, что тебя интересует исключительно теннис. Похоже, ошибся.
Рёма хмыкнул.
- К твоему сведению, эта не «она», а «он», - поправил Рёма. – Я могу быть свободен?
- О… Не торопись, Эчизен. Итак, девушки тебя не привлекают, да? Мне стоило догадаться… Не хочешь поделиться со мной подробностями? Он – твой бойфренд?
- Вроде того.
- А? Что значит – вроде того?
- Не твое дело. Я могу идти?
- О, ну хватит, Эчизен. Тебе все равно придется подождать, пока он фотографирует. Если у тебя какие-то проблемы – давай помогу. Между прочим, в школе меня считают самым лучшим консультантом по любовным вопросам. Ну же! Не каждый день я узнаю о чем-то подобном… Люси будет в восторге, если я ей расскажу! О… Это так типично для… как их называют? В общем, для тех, кто увлекается яоем.
- Люси? Ты имеешь в виду – Люсина Майя Канда? – оборвал его Рёма на полуслове.
- Не веришь мне, да? На вид - скромная девочка, а увлекается подобными вещами.
Эчизен пожал плечами. Люси училась с ними в одном классе, и он бы в жизни не подумал, что у нее имеются такие интересы.
- Ладно, в любом случае – тебе нужна помощь, - победно заключил Кевин. – Я и представить не мог, что такое однажды произойдет.
Рёма, поразмыслив над предложением, обернулся, кинул быстрый взгляд в сторону увлеченно делающего снимки Фуджи, и в итоге решился.
- Хорошо. Расскажи мне, чем обычно занимаются люди, когда начинают встречаться.
- Что? – недоуменно переспросил Кевин и потрясенно уставился на Рёму, получив в ответ взгляд «засмеешься – и ты труп».
Кевин усилием воли попытался сдержать рвущееся наружу истеричное хихиканье и почти преуспел в этом. Почти. Немного успокоившись, он произнес медленно:
- Ты вообще ничего не знаешь о любовных отношениях? Ты и правда – настоящий теннисный наркоман. Готов поспорить, пока он не приехал, ты думал исключительно о матчах, турнирах, новых ударах и подачах и тому подобных вещах.
- Ты собираешься мне помогать или как?
- Ладно, ладно! Не сердись, - Кевин задумался на мгновение, а затем произнес. – Не уверен, что именно делают… такие пары. Но, полагаю, в принципе – все то же самое: держатся за руки, ходят на свидания, разговаривают о чем-нибудь личном и приятном, целуются… вот. Впрочем, это долгий разговор, так что продолжим завтра, а то тебя уже ждут.
Рёма взглянул на закончившего фотографировать Фуджи, и тот весело улыбнулся в ответ.
- Итак, что мне сделать для начала? – уточнил Эчизен. – У нас пока ничего не было. Мы и встречаться-то стали из-за одного… несчастного случая.
Кевин усмехнулся, довольный тем, что такой теннисный гений, как Рёма, спрашивает у него совета.
- Попробуй взять его за руку. Если боишься целоваться, то хотя бы обними его, чтобы показать свою симпатию… ну или скажи что-нибудь приятное. Хотя я совершенно не представляю тебя нашептывающим комплименты, - Кевин хихикнул и заработал убийственный взгляд.
- Ладно. Потом продолжим, - и Рёма направился в раздевалку - собрать вещи и сменить форму на обычную одежду.
Поспешно переодевшись, Рёма подошел к Фуджи, попутно извинившись за задержку и мысленно ругая Кевина, начавшего дразнить его из-за просьбы пораньше уйти домой.
- Ничего страшного, - заверил его Фуджи. – Я же пообещал дождаться окончания тренировки. Повезло, что тебя отпустили. Если бы капитаном был Тезука… - тенсай резко замолчал, едва с его губ слетело это имя. Извинившись перед Рёмой, он предложил отправиться домой немедленно, сославшись на то, что неожиданно вспомнил о делах, не терпящих отлагательства.
Эчизен незаметно вздохнул: итак, Фуджи продолжает думать о Тезуке, хотя согласился встречаться с ним. Впрочем, Рёма не мог винить за это Фуджи – он ведь сам предложил стать парой. Возможно, тенсай просто пытается таким образом отвлечься и забыть о Тезуке. В конце концов, Рёма решил, что ему безразличны причины. Какая разница, если Фуджи опять улыбается, а остальное - неважно.
Мягкая улыбка, погасшая в тот момент, когда тенсай произнес имя бывшего капитана команды Сейгаку. И Рёма решил, что нужно попытаться заставить Фуджи не думать о грустном - пусть лучше думает об их отношениях, а не о всяких печальных и малоприятных событиях.
Вспомнив недавние советы, Рёма потянулся свободной рукой и осторожно сжал ладонь Фуджи, вынудив того удивленно застыть на месте. Ярко-голубые глаза тенсая недоуменно распахнулись, и в них на мгновение мелькнуло замешательство. Рёма почувствовал едва уловимое напряжение, но затем Фуджи почти сразу расслабился.
Рёме никаких слов не хватило бы, чтобы выразить то облегчение, которое он испытал, когда тенсай расслабил свою ладонь в его руке. Рёма при всем желании не смог бы описать странную радость, охватившую его, едва он ощутил легкое ответное пожатие. Ладонь Фуджи, хоть и скрытая перчаткой, оказалась удивительно теплой, составив неожиданный контраст пронизывающему холоду декабря, накрывшему их сильным ветром и снегопадом. Рёма внезапно почувствовал себя по-настоящему счастливым, осторожно сжимая в руке теплую ладонь Фуджи, и ощутил еще большее счастье, когда тенсай улыбнулся ему в знак благодарности. И Рёма вдруг понял: ему совершенно не хочется отпускать Фуджи.

Глава 5

Обнимать

Как бы Рёме не хотелось держать Фуджи за руку весь вечер, к сожалению, у них обоих были и другие, не менее важные дела. Рёма разочарованно отпустил тенсая, когда тот заявил, что ему нужно в ванную. Сказать по правде, у Эчизена возникло странное желание принять душ вместе с Фуджи, но здравый смысл подсказывал – еще слишком рано для чего-то подобного. Рёма мысленно чертыхнулся, решив, что это под влиянием отца и старшего брата он стал таким извращенцем. Позволив тенсаю, как гостю, пойти в ванную первым, Эчизен в одиночестве остался дожидаться его в коридоре.
Задумавшись, Рёма невольно вспомнил недавно случившееся и задался вопросом, что стоит предпринять дальше. Он не был уверен в своих действиях, а вариантов, словно специально, оказалось предостаточно. Вся его жизнь была посвящена исключительно теннису, и Эчизен впервые пожалел, что никогда раньше не интересовался окружающим миром во всех его проявлениях. Несмотря на подсказки Кевина, Рёма по-прежнему весьма смутно представлял, как именно нужно обнимать или целовать кого-то, о чем разговаривать, на что обращать особое внимание. И он совершенно не понимал, насколько сильно это должно отличаться от общения с родственниками и друзьями.
Любовь – это слишком сложно, решил Рёма в итоге, и он никогда не ввязался бы в подобные игры, если бы речь шла о ком-то другом. Но тут оказался замешан Фуджи… Плавное течение мыслей Рёмы было прервано шумом распахнувшейся двери – тенсай закончил принимать душ. Итак, настала очередь Эчизена, и, едва он скрылся в ванной, Фуджи отправился на кухню готовить ужин.
Душ удивительным образом подействовал на Рёму – теплые струи, мягко стекающие по коже, помогли расслабиться и забыть о многочисленных проблемах и сомнениях.
Выбравшись из ванной, Рёма направился в комнату и, быстро переодевшись, пришел на кухню. Фуджи продолжал готовить – восхитительный аромат окутал Эчизена, едва он переступил порог кухни. Рёма незаметно улыбнулся и устроился за столом, с нескрываемым интересом наблюдая за тенсаем.
Фуджи, готовящий для него ужин – зрелище, которое не каждый день увидишь, и Рёма наслаждался чудесными мгновениями, пытаясь запомнить мельчайшие детали происходящего и опасаясь, что привыкшее фиксировать в памяти только теннисные матчи сознание не справится с этой задачей. Он с удивлением понял, что Фуджи, оказывается, идеально подходит на роль домохозяйки. Весьма полезное и привлекательное качество.
- Почему бы тебе не помочь готовить, вместо того, чтобы разглядывать меня в этом фартуке? – поинтересовался тенсай, и Эчизен едва заметно вздрогнул от неожиданности.
Рёма недоуменно пожал плечами, изображая полное безразличие, и, поднявшись из-за стола, подошел к Фуджи. Вдвоем они справились с задачей гораздо быстрее, и ужин был готов ровно к тому моменту, как оба проголодались. Получившееся блюдо замечательно выглядело, приятно пахло, и, главное, Рёма проконтролировал все использованные ингредиенты, не позволив тенсаю добавить что-нибудь вроде васаби и острых приправ. Во всяком случае, он так думал.
Фуджи радостно хихикнул, когда потерявший бдительность Эчизен приступил к еде, а спустя пару мгновений торопливо схватился за стакан с водой.
- Как тебе это удалось? – с трудом задал вопрос Рёма, пытаясь одновременно вытереть рукавом рубашки слезящиеся глаза и выпить как можно больше воды.
- Хм… Ты о чем, Эчизен? – Фуджи невинно улыбнулся.
- Хватит уже, - Рёма попытался изобразить убийственный взгляд, но получилось плохо. – Когда ты успел добавить васаби? Я же все время наблюдал за тобой.
- Предлагаю считать это моим особым даром.
Рёма почувствовал обиду, но вида не подал, и лишь слегка нахмурился.
- О… Не сердись, Эчизен.
- На тебя невозможно долго сердится, - недовольно пробормотал Рёма и снова принялся за ужин, на этот раз с удвоенной осторожностью.
Тенсай мягко улыбнулся, и, распахнув ярко-голубые глаза, внимательно посмотрел на Эчизена. Тот недоуменно замер, ощутив чужой пристальный взгляд – Фуджи никогда раньше не смотрел на него так - и почувствовал легкий холодок, пробежавший по спине.
- Что?
Улыбка Фуджи стала шире, и он произнес медленно:
- Да так, пришла в голову одна мысль.
- Какая?
- Ты любишь кошек, нэ, Эчизен?
- И?
- И, значит, тебе не стоит быть таким любопытным – любопытство кошку сгубило.
- Что? – Рёма никогда не понимал шуток тенсая. Похоже, их представления о чувстве юмора сильно отличались.
Фуджи рассмеялся и не произнес в ответ ни слова. Эчизен, довольный хорошим настроением Фуджи, молча продолжил есть, и уютная тишина затопила кухню.
Рёма закончил ужинать первым и, дождавшись тенсая, согласился на предложение вместе вымыть посуду, несмотря на свою давнюю нелюбовь к домашним делам. На этот раз скучная обязанность почему-то оказалась неожиданно приятной, и Рёма подумал о том, что давно не чувствовал себя настолько хорошо и умиротворенно.
- Эчизен, - обратился к нему Фуджи, едва они закончили мыть тарелки и кастрюли. – Мне нужно с тобой поговорить.
Рёма нахмурился, поймав на себе непривычно серьезный взгляд ярко-голубых глаз.
- О чем? – спросил он, совершенно не представляя, чего может коснуться разговор.
Но прежде, чем Рёма успел получить ответ, зазвонил мобильный, тенсай, извинившись, откинул крышку своего телефона и застыл, увидев высветившийся на дисплее номер. Придя в себя, Фуджи поприветствовал невидимого собеседника.
По доносящимся до слуха обрывкам фраз, Эчизен с легкостью понял – Фуджи разговаривает с Тезукой. В начале беседы тенсай рассказывал о своей жизни с Рёмой в Америке, и Рёма почувствовал странное удовлетворение, когда заметил – Фуджи говорит о нем, счастливо улыбаясь. Но потом произошло нечто необъяснимое – тенсай поинтересовался тем, как продвигаются дела у Тезуки с Атобе. Зачем спрашивать о том, что огорчает?
Рёма напряженно следил за разговором, и Фуджи, почувствовав это, отчаянно пытался одновременно и поймать чужой пристальный взгляд, и избежать его. Эчизен не был телепатом, поэтому не мог сказать наверняка, о чем именно думает Фуджи, но как-то догадался, что тот нуждается в поддержке и, устроившись на стуле, принялся с нетерпением ожидать окончания разговора.
Беседа продолжалась в общей сложности минут пятнадцать, после чего тенсай попрощался и отключил телефон. Рёма заметил грустную, но довольную улыбку на губах Фуджи – точно так же улыбалась его мать, когда узнала, что один из племянников скоро женится. Улыбка, означающая, что пришло время кого-то отпустить, но сделать это слишком тяжело и больно - едва ли не единственное, что Рёма успел усвоить помимо тенниса. И теперь знание пригодилось.
Фуджи по-прежнему стоял возле стены, грустно улыбаясь, и Эчизен, поднявшись с места, подошел к нему и замер рядом, не уверенный в том, что следует делать дальше. Спустя несколько мгновений он с ужасом заметил, что по щекам Фуджи текут слезы.
Рёма абсолютно не представлял, как вести себя с теми, кто плачет. Когда одна из его поклонниц, получив отказ, разрыдалась, он лишь вздохнул и произнес тихо:
- Mada mada dane.
Наверно, стоило сказать что-то ободряющее или, как вариант, выразить сожаление, но слова застыли в горле и никак не хотели складываться в нужные и правильные фразы.
В голове не осталось ни единой мысли, и Рёма, не обращая внимания на подсознательный страх сделать большую глупость, подался вперед и крепко обнял Фуджи, искренне желая утешить и успокоить. Тенсай дернулся, пробуя освободиться, но Рёма лишь сильнее прижал его к себе. Он бережно опустил голову Фуджи на свое плечо, зарывшись пальцами в мягкие волосы, а другой рукой притянул тенсая ближе, удерживая на месте.
- Все в порядке, Эчизен, - едва различимый шепот. – Это мой способ отпустить.
- Хватит оправдываться и извиняться. Раз я все равно здесь – побуду с тобой, - Рёме не хотелось оставлять Фуджи одного в таком состоянии.
- Но…
- Замолчи.
- Как ты разговариваешь со старшими.
Эчизен ничего не ответил и осторожно провел ладонью по шелковистым волосам тенсая, наслаждаясь ощущением.
- … извини, пожалуйста, я тебе рубашку намочил, - прошептал Фуджи через несколько минут - понял, что освободиться ему не удастся, и решил плакать там, где есть возможность.
Рёма промолчал. Он вздохнул с облегчением, едва Фуджи перестал вырываться и расслабился в его объятиях. Прислонившись к стене кухни, Эчизен закрыл глаза и удовлетворенно кивнул самому себе.
Время пролетало незаметно, и Рёма мог только догадываться, как долго Фуджи плакал, уткнувшись лицом ему в плечо. Рёма не представлял, чем еще помочь, и лишь осторожно гладил тенсая по волосам, ощущая тепло его тела. Плачущий Фуджи в его руках и тишина кухни оказались странно уютными, и Эчизен неожиданно осознал, что ничуть не жалеет о своем поступке.
Рёма ревновал к Тезуке – ведь тот так легко влиял на настроение тенсая - и в то же время испытывал благодарность: если бы не этот звонок и последующий разговор, вызвавший слезы – он так и не решился бы обнять Фуджи.
Ни слова не было произнесено за это время. Рёма почувствовал, что тенсай перестал плакать, но промолчал, решив не нарушать разлившуюся тишину. Ему стало казаться, что Фуджи, немного успокоившись, уснул, когда тот внезапно прошептал:
- Спасибо… Рёма.
- Пожалуйста. Тебе лучше отдохнуть.
Он уже собирался отпустить Фуджи, но тенсай неожиданно обнял его за талию и произнес тихо:
- Извини, но не могли бы мы… постоять так еще немного?
У Эчизена мелькнула мысль, что некрасиво пользоваться чужим горем, но, тем не менее, отказываться совсем не хотелось.
- Конечно.
Он обнял Фуджи за талию левой рукой, а правой снова зарылся в мягкие волосы, и в тот момент ему внезапно стало все равно, по какой конкретно причине тенсай согласился с ним встречаться. Пока он ощущает тепло чужого тела в своих руках, пока ему улыбаются – остальное не имеет значения. Для Рёмы стало настоящим открытием, насколько приятно бывает обнимать того, кто нравится – даже приятнее, чем играть с самыми лучшими и талантливыми теннисистами.
Чуть позже той же ночью, уже удобно устроившись в постели, Рёма широко распахнул глаза, неожиданно осознав две вещи. Первое: Фуджи плакал, потому что хотел отпустить что-то – судя по всему, свою привязанность к Тезуке. И второе: Фуджи наконец назвал его по имени – «Рёма». Он не был уверен, что именно это означает, но когда-то слышал – в обращении по имени заключено нечто особенное, важное. Похоже, Фуджи стал ему гораздо ближе. Довольно ухмыльнувшись, Рёма закрыл глаза и погрузился в сон, позволив ночи накрыть себя чернильной темнотой.

Глава 6

Целовать.

- И?
Рёма выразительно уставился на Кевина. Они оба находились в раздевалке – тренировка недавно закончилась, а до начала школьных занятий оставалось еще около получаса, и Кевин решил, что это весьма удачный момент для серьезного разговора об успехах Эчизена в отношениях с Фуджи. Сам Рёма был несколько иного мнения на этот счет и отозвался недовольно:
- Что – и?
- И как много ты успел сделать за вчерашний вечер, после того, как вы вместе пошли домой? – в интонациях Кевина явственно сквозило нетерпение – по его мнению, приходилось тратить время на объяснение очевидных вещей.
Рёма задумался на мгновение.
- Мы держались за руки.
- И все?!
- Еще я его обнял.
Кевин удрученно вздохнул.
- Ты даже не поцеловал его?
- И как я должен был, по-твоему, это сделать? – нехотя пробормотал Рёма.
Кевин недоуменно моргнул, услышав заявление Эчизена.
- Как? – недоверчиво уточнил он. – Просто… притяни к себе, коснись губами, используй язык – и наслаждайся.
Рёма скривился.
- Звучит отвратительно.
- Ладно, признаю, я не очень хорошо умею объяснять, - Кевин скрестил руки на груди. – Но, Рёма, серьезно – ты жалко выглядишь, когда ведешь себя настолько нерешительно!
- Спасибо, что напомнил, - хмыкнул Эчизен. – От тебя никакой помощи.
- Да, тебе, наверно, лучше поговорить с Люси. Уверен, она уже в классе: до первого урока – чуть больше пяти минут. Идем.
Рёма неохотно последовал за Кевином. По дороге к кабинету он невольно задумался о том, на что это будет похоже – поцелуи с Фуджи. Рёма раньше никогда не целовал парня. Впрочем, девушек он тоже не целовал, за исключением своей матери и кузины – в щеку. По итогам размышлений Эчизен и вправду почувствовал себя жалким и неумелым.
Рёма недовольно нахмурился, поняв, что вряд ли сможет как-то изменить ситуацию. Зайдя в класс, он устроился за партой, решив немного подремать до прихода преподавателя, но внезапно услышал шорох ткани, и, подняв голову, увидел знакомые темные волосы и серые глаза.
- Люси? – удивился Рёма, заметив неподалеку ухмыляющегося Кевина.
- Привет, Рёма, - поздоровалась она, устраиваюсь рядом на свободном стуле. – Кевин рассказал мне о той… ээээ… запутанной ситуации, в которой ты очутился, и я готова помочь, - с нескрываемым энтузиазмом начала Люси.
- Хм, ну давай… - Рёма внезапно услышал громкое перешептывание и заметил, что большинство одноклассников как-то странно на него смотрят. Неудивительно. Эчизена всегда считали совсем не интересующимся девушками асексуальным типом, а теперь он разговаривает с Люси. Выглядело это, по меньшей мере, подозрительно.
- С удовольствием, - Люси счастливо улыбнулась.
- Ну, и что мне следует делать? – скучным голосом поинтересовался Рёма.
- Попробуй почитать вот это, - она положила на парту несколько книг в ярких глянцевых обложках. Лениво потянувшись, Эчизен подхватил один из предложенных экземпляров и, едва пролистав пару страниц, моментально захлопнул книгу, словно обжегшись. Не покраснел он лишь усилием воли.
- Это же… яойная манга, - неверяще пробормотал он, подозрительно глядя на Люси.
- Это – отличный справочный материал, - поучительным тоном поправила она. – Почитай – и сам убедишься. Если возникнут какие-то вопросы – можешь смело ко мне обращаться.
- Вообще-то, меня такое не интересует, - скептически отозвался Рёма.
- У тебя есть бойфренд, и ты утверждаешь, что тебя такое не интересует? – искренне удивилась Люси. – Не верю. Интересно, почему?
- Действительно, интересно, - хмыкнул Эчизен, но, тем не менее, спрятал предложенные «справочные материалы» в рюкзак: во-первых, других вариантов все равно не предвиделось, а во-вторых, в класс уже зашел учитель, и Рёма предпочел бы умереть на месте, чем быть застигнутым со стопкой яойной манги в руках.
Изначально Рёма не собирался читать предложенное – по его мнению, между симпатией к Фуджи Шьюске и интересом к яою не было ничего общего. Но урок истории оказался настолько скучным, что Эчизен решил незаметно изучить свое недавнее приобретение – и то веселее. Скептически ухмыляясь, он приступил к чтению, и неожиданно для самого себя так увлекся, что с удивлением услышал звонок на перемену.
Вспомнив предложение обращаться за помощью, Рёма решил им воспользоваться. Отыскав Люси, устроившуюся пообедать сэндвичами, Рёма незамедлительно приступил к выяснению интересующих его обстоятельств.
- Понравилось? – уточнила Люси в качестве приветствия, и Эчизену оставалось только догадываться, как это можно было сразу определить по его виду.
- Вполне, - хмыкнул он, устраиваясь рядом. – Я прочел несколько.
- Знаю. Хочешь сэндвич?
- Нет. Может, еще одолжишь «справочных материалов»? – усмехнулся Рёма.
Понимающе улыбаясь, Люси выудила из рюкзака еще несколько томов – словно предвидела, что они понадобятся.
- Итак, теперь ты, полагаю, хоть немного представляешь, какие именно действия от тебя потребуются? – уточнила она на всякий случай.
- Ну… - протянул Рёма. Конечно, он представлял. В этой чертовой манге были такие подробности, о которых он раньше и не догадывался. Но сделать… Рёма не мог даже думать о подобном. Возможно, стоило подсунуть пару экземпляров Фуджи и посмотреть, что произойдет дальше.
- Смущаешься? Вполне естественно. Ты можешь быть гением в теннисе, но, поверь мне, в любовных делах тебе еще учится и учится.
Рёма ухмыльнулся. Все верно, подумалось ему. Кто бы мог подумать, что такой гений в теннисе, как он – или Фуджи, добавил Эчизен быстро, окажется в замешательстве, столкнувшись с другой стороной жизни. Смешно, но правда.
Ладно, что случилось – то случилось, решил Рёма по возвращении в квартиру после занятий. Заметив аккуратно поставленные возле двери ботинки Фуджи, он сразу понял, что тот уже дома. Заглянув на кухню, Рёма обнаружил там уютно устроившегося за столом тенсая с кружкой горячего ароматного кофе в руках - длинные волосы рассыпались по плечам, внимательный взгляд ярко-голубых глаз сосредоточен на фотографиях, разложенных рядом.
Рёма кашлянул и довольно ухмыльнулся, когда Фуджи дернулся и едва не свалился со стула от неожиданности.
- Рёма! – воскликнул Фуджи, заметив его, и Эчизен внезапно почувствовал странное тепло, услышав звук своего имени. Приятно. – Я не знал, что ты уже вернулся. Почему ничего не сказал?
- А я и не подозревал, что ты можешь настолько увлечься разглядыванием фотографий, что обратишь на меня внимание лишь после таких мер, - он усмехнулся. – Это снимки, сделанные на вчерашней тренировке в моей школе?
- Да, - Фуджи мягко улыбнулся и, слегка нахмурившись, указал взглядом на пакет в руках Рёмы и поинтересовался. – Что это?
Эчизен хмыкнул и произнес довольным голосом:
- Справочные материалы.
И вышел из кухни, оставив Фуджи в некотором замешательстве. Закрывшись в комнате, Рёма вытащил из рюкзака несколько томов в ярких обложках и, выбрав один наугад, погрузился в чтение. Время пролетало незаметно.
Кто бы мог предположить, что все так закончится, подумал Рёма. Конечно, он не раз видел, как отец или старший брат с интересом рассматривают порножурналы, но сам не находил в этом ровным счетом ничего захватывающего. Интересно, что сказал бы Рёга, узнав, какими вещами увлекается его младший брат. Мысль вызвала довольную ухмылку.
Чтение пришлось прервать, когда Фуджи постучал в дверь и попросил разрешения зайти. Надежно спрятав «справочные материалы», Рёма впустил тенсая в комнату. В руках у Фуджи оказалась корзина с грязным бельем, и Эчизен в очередной раз не удержался от мысли о том, какая хорошая домохозяйка получилась бы из тенсая.
- Из тебя вышла бы отличная домохозяйка, - насмешливо озвучил Рёма свое мнение.
Фуджи в ответ весело хихикнул.
- О, спасибо. Но, боюсь, это вряд ли можно назвать карьерой моей мечты.
Эчизен хмыкнул и принялся наблюдать за Фуджи – тот поставил корзину на пол и перекинул в нее нуждающуюся в стирке одежду, разбросанную по кровати. Внезапно пришедшая в голову мысль заставила Рёму замереть на пару мгновений.
- У тебя есть грязные вещи? – обратился к нему тенсай.
- Нет, я собрал их сегодня утром, - отозвался Рёма, глядя Фуджи в глаза. – Кстати… Я хочу кое-что спросить.
- Что? – медленно произнес Фуджи, не отводя взгляда.
- Можно тебя поцеловать? – Рёма задал вопрос прямо, с немалым удовольствием отметив, насколько растерянным кажется тенсай. Впрочем, Фуджи быстро справился с эмоциями и почти сразу снова начал улыбаться.
- Я не против, - проговорил он.
Больше Рёме ничего и не требовалось. Он осторожно взял Фуджи за подбородок и притянул ближе. Тенсай закрыл глаза, и Рёма почувствовал его теплое дыхание на коже.
И их губы соприкоснулись.
И все – теплое и довольно приятное, но ничем не примечательное ощущение. Ни впечатления, словно тебя током ударило, ни бегущих по спине мурашек, ни обрушившегося чувства неземного блаженства…
Все.
Рёма отпустил Фуджи и недоуменно уставился на него. Тот кинул в ответ быстрый взгляд, почти сразу отвернулся, и, сославшись на неотложные дела в ванной, покинул комнату, но Эчизен все же успел заметить, что тенсай слегка покраснел. И Рёма остался один. Глядя в пустоту, он медленно коснулся своих губ и ощутил тепло, оставшееся после поцелуя с Фуджи. Его мучил вопрос, почему все прошло совсем не так, как он себе представлял, начитавшись этой чертовой яойной манги. Рёма недовольно вздохнул.
«И это - все?»

@темы: PG-13, Сейгаку, Фуджи/Рема, перевод, романс, юмор, яой

URL
Комментарии
2009-03-02 в 18:11 

Ведь извращение – как корейская кухня. Кому-то нравится, кому-то – нет. Но если ты кореец, у тебя же нет выбора?
конец очень хороший)

     

Inui's Data Journal

главная