Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
21:16 

"A Gentlemen's Wager", перевод, Тэдзука/Фудзи, Инуи/Кайдо.

mind your head
Автор: EllipsesBandit
Название: A Gentlemen's Wager
Рейтинг: T
Пейринг: Тэдзука/Фудзи, Инуи/Кайдо, Серебряная пара, Атобэ/Дзиро.
Жанр: humor, romance
Архив: kirinbyakko.ucoz.ru/publ/25-1-0-107
Переводчик: cattom, Indrik
Бета: Indrik, cattom
Оригинал: www.fanfiction.net/s/2817823/1/A_Gentlemens_Wag...
Разрешение на перевод: получено
Саммари: Никто не задумывался, почему Фудзи после травмы Тэдзуки в качестве страшной мести не вызвал Атобэ на разгромный матч?
запись создана: 22.07.2009 в 22:25

@темы: Инуи/Кайдо, Сейгаку, Тезука/Фуджи, перевод, романс, юмор

Комментарии
2009-07-22 в 22:26 

mind your head
Глава 1

Тэдзуке снился приятнейший сон – он сидел на берегу тихого ручья, бросая в него разломанные детали причинившего ему немало мук медоборудования, которое, как клялась его реабилитационный тренер, поможет вернуть его руке гибкость – и тут непонятно откуда появился рой злых пчел. Тэдзука успел пару раз безуспешно отмахнуться от назойливых насекомых, прежде чем сообразил, что жужжит его телефон, лежащий на прикроватном столике. Нащупав очки, он сумел разглядеть время - 3.17. Кто из его знакомых был настолько бесцеремонен, чтобы звонить ему в три ночи?

Он сонно пробормотал в трубку что-то приветственное на странной смеси японского с немецким.

- Тэдзука, твоя подружка намеревается убить орэ-сама?

А. Ну конечно. Он поборол искушение повесить трубку - Атобэ был достаточно богат, чтобы, сочтя себя оскорбленным высказанным пренебрежением, назавтра заказать рейс в Германию.

- Атобэ, ты в курсе, который здесь час?

- Дело не терпит отлагательств.

Тэдзука провел рукой по волосам. – Кто пытается тебя убить?

- Орэ-сама только что получил письмо от Фудзи Сюскэ.

При упоминании этого имени Тэдзука выпрямился. – Фудзи мне не...

- Орэ-сама не слепой и не идиот, Тэдзука.

Чертов Атобэ и его чертов Инсайт. Должно быть, половина округа Канто уже знает о нем и Фудзи.

- И орэ-сама не расположен повторять вопрос.

Тэдзука тряхнул головой. Совершенно ясно, что после инцидента на региональных соревнованиях Фудзи питал к капитану Хётэя далеко не теплые чувства. А его мстительность была широко и печально известна. Однажды Тэдзука предпринял попытку узнать, что случилось с тем сэмпаем, который травмировал ему руку. Он обнаружил только заявление о переводе в другую школу, и на этом все документальные свидетельства резко обрывались. Расследовать дальше он не стал. Он поговорил с Фудзи на тему Атобэ перед отъездом, но это не значит, что тэнсай не нашел способа обойти их договоренность.

- Не советую открывать его близко к лицу, - пробормотал Тэдзука, поправляя очки.

- Для таких случаев у орэ-сама есть прислуга.

- Что было в письме? – Тэдзука вздохнул. Чем раньше он избавится от собеседника, тем лучше. А Фудзи он может позвонить, когда будет лучше соображать.

- Благодарственная открытка.

Может, он все еще спит и видит очередной сюрреалистичный сон. – За что Фудзи тебя благодарить?

- Орэ-сама и позвонил тебе, чтобы это узнать, - фыркнул Атобэ. – В записке было просто написано: «Спасибо за многое прояснивший матч». Что
именно орэ-сама ему прояснил?

- Прояснивший? Какой странный выбор слова. Что Фудзи мог иметь…

О.

- Наверное, это был просто жест вежливости по отношению к Акутагаве. Фудзи редко удается играть с достойным противником, - нашелся Тэдзука. Если, конечно, рассматривать счет 1-6 как достойный.

- Письмо адресовано не Дзиро. Оно адресовано орэ-сама.

- Ну что, вы обнаружили в конверте какой-нибудь подозрительный порошок? Что-нибудь взрывчатое?

- Легкомыслие не очень уместно в данный момент, Тэдзука.

- Ты преувеличиваешь, Атобэ. Фудзи очень вежлив…

- Как понимает орэ-сама, он был «очень вежлив» и с тем менеджером из Сент-Рудольфа. Орэ-сама не признает обвинения в том, в чем орэ-сама не виноват. Твоя подружка осведомлена, что орэ-сама не отвечает за последствия того матча?

- Я буду признателен, если ты прекратишь так называть Фудзи.

- А орэ-сама будет признателен, если ты не будешь отвлекаться от главного. То есть от безопасности орэ-сама, - судя по голосу, Атобэ был недоволен. Хорошо.

- Я не знаю, почему Фудзи послал тебе благодарственную открытку. Я ему не секретарь и не надзиратель. Если у тебя с ним возникли разногласия, то советую с ним и созвониться. В Японии еще приемлемое время для звонков.

- Сначала скажи, что ему этот матч объяснил, - потребовал Атобэ.

Возникший в памяти образ Фудзи заставил Тэдзуку заметно помедлить с ответом. - Понятия не имею.

Остается надеяться, что Инсайт не действует по телефону. Тэдзука представил, как Атобэ, держа у уха трубку, по-дурацки растопыривает пальцы.

– Возможно, орэ-сама исходил из ложных предпосылок. Возможно, это не матч что-то объяснил Фудзи, а он сам объяснился, а-а?

Разговаривать на эту тему Тэдзука в данный момент был не способен. – Я поговорю с Фудзи завтра.

- Хм. Поговори. И умоляю, не позволяй своим свежеприобретенным «объяснениям» затмевать главное. Лечи руку, Тэдзука.

Тэдзука повесил трубку, не попрощавшись. Теперь он окончательно проснулся и был слишком выведен из себя, чтобы заснуть. С тем же успехом можно было покончить с этим прямо сейчас.

2009-07-22 в 22:27 

mind your head
Глава 2

Юте нравились видеоигры, по большей части потому, что Сюскэ играл в них из вон рук плохо. Хотя, если честно, Юта подозревал, что старший брат нарочно скрывает свои способности, но все равно было приятно хоть в чем-то его побеждать. Кроме того, он обнаружил, что вести себя с аники дружелюбно гораздо проще, если попутно вышибать дух из его игрового персонажа. Им даже удавалось общаться нормально, без обычного горького подтекста.

До тех пор пока сотовый аники не издавал, как сейчас, раздражающе жизнерадостный звонок. Юта знал эту мелодию и закатил глаза еще до того, как Сюскэ нажал на паузу.

- Аники, мы на середине игры, - вздохнул он.

- Одну секундочку, Юта, - улыбнулся Сюскэ.

«Секундочку, счаз, два раза», - подумал Юта. Только не тогда, когда звонит Тэдзука. Он откинул голову на спинку дивана.

- Тэдзука? – сказал Сюскэ, нахмурившись. – У тебя же сейчас полчетвертого утра. Что-то случилось?

Ну конечно. Разве может аники не знать, сколько именно времени там, где находится Тэдзука. Коричневый медвежонок на телефонном брелоке покачивался туда-сюда, с издевкой улыбаясь Юте. Дурацкие стеклянные глаза всегда действовали ему на нервы, и он был уверен, что Сюскэ это знал.

Сюскэ между тем продолжал разговор: - Ага. Значит, он получил мое письмо.

Письмо? Должно быть, очередная миссия возмездия аники. Первоначальное намерение подслушать разговор само собой исчезло. От нечего делать Юта принялся нажимать на кнопки, что уже никак не влияло на остановленную игру, и думать о чем угодно кроме своего брата и капитана Сэйгаку.

Аники упрощать ему задачу не собирался.

- Я просто стараюсь найти положительную сторону в произошедшем, Тэдзука. Ты знаешь, что если бы не играл с ним и не получил бы такую тяжелую травму, что тебе пришлось уезжать из страны, то никогда бы не поцеловал меня.

- Схожу за газировкой, - объявил Юта, в очередной раз закатывая глаза. Аники мог хотя бы из вежливости уйти разговаривать в другую комнату. Открыв холодильник, он, недовольный отсутствием апельсиновой Понты, выбрал персиковую, захлопнул холодильник, открыл банку, выругался, когда ее содержимое выплеснулось ему на рубашку, вытер рубашку, очень медленно выпил остатки Понты и наконец вернулся в гостиную…

… где аники все еще разговаривал с Тэдзукой.

На телевизоре уже включился скринсейвер, и Юта, усевшись на свое место, принялся наблюдать за прыгающим по экрану логотипом. Может, попробовать предсказать угол, в который он отлетит. Вряд ли это намного отличается от траектории теннисного мячика. – Аники, может, вернемся к игре? – буркнул он.

Сюскэ его или проигнорировал, или с головой ушел в разговор с Тэдзукой и не обращал внимания на другие голоса.

Юта предпринял еще одну попытку. – Аники, Мидзуки-сан снова пригласил меня на свидание. Ему хочется сводить меня в то рамен-кафе, которое тебе так нравится.

Никакой реакции.

- Мы подумываем о женитьбе после окончания школы.

По-прежнему ничего. Протянув руку через плечо Сюскэ, Юта нажал кнопку старта на втором пульте. Его собственный космический корабль уверенно рассекал экран, в то время как принадлежащий брату болтался сбоку, и иногда в него случайно врезались другие корабли. Черт, видимо, у Сюскэ это серьезно. Почему, Юта толком понять не мог - для него личность Тэдзуки ассоциировалась исключительно с кирпичной стеной, не считая того, что с навыками общения у стены и то получше. Хотя у аники всегда был странный вкус. Юта помнил период Татибаны, период Саеки и понимал, что все начинается заново. Он сделал заметку на память – накупить видеоигр пожестче – скоро общаться с аники станет вдвое тяжелее, чем обычно.

По крайней мере, похоже, что они заканчивают разговаривать.

- Хорошо. На этой неделе. Мм… Нет, я не буду играть с ним в теннис. Угу. Все будет в порядке, Тэдзука. Мм?..

На телевизионном экране Юта увидел отражение распахнувшихся глаз брата. Казалось, на минуту Сюскэ потерял дар речи, а потом запинаясь – раньше на памяти Юты такого не случалось – произнес: - Я… я тоже по тебе скучаю. Мм… Ja.

Он нажал отбой и несколько секунд просто смотрел на телефон. Юта сделал вид, что ничего не заметил, и при первой же возможности врезался в корабль Сюскэ своим.

- Нэ, Юта, - начал аники, пытаясь развернуть свою технику в правильном направлении. – Не хочешь в четверг сходить со мной в Хётэй?

- О нет. На кой ты туда собрался? – Юта очень хорошо помнил того сонного парня, который разгромил его, даже толком не просыпаясь. Идея посетить ту школу для снобов, где учился этот тип, обладала такой же привлекательностью, как идея пройтись по магазинам одежды с Миздуки-саном. Ну, может, чуток привлекательнее.

- Мне надо кое-что прояснить с их капитаном, а Тэдзука, похоже, думает, что за мной нужен присмотр.

- Только не я. До пяти у меня тренировка, а после этого Янагисава просил помочь ему с Rising Shot, - заявил Юта, проходя непростой поворот, даже не зацепившись за стенку. Он полагал, что тот, кто решится присматривать за аники во время его визита к парню, который травмировал его драгоценного Тэдзуку, должен быть экипирован электрошокером и ружьем с транквилизаторами.

- Я все-таки считаю, что можно было найти тебе школу получше, - покачивая головой, вздохнул Сюскэ. Они спорили об этом с момента перехода Юты в Сент-Рудольф. – Тебе бы подошло Фудоминэ. Татибана был бы рад принять тебя.

«Рад не спускать с меня глаз и докладывать тебе о каждом моем шаге», - подумал Юта. – Аники, сосредоточься на игре.

Сюскэ снисходительно улыбнулся, наконец-то справившись с управлением своего корабля. Но взгляд его то и дело возвращался к телефону, а в глазах, когда они открывались, мерцал едва уловимый опасный блеск, с которым Юта к своему несчастью был слишком хорошо знаком. Он не стал бы меняться местами с капитаном Хётэя, даже за все деньги на его банковском счете.

2009-07-22 в 22:27 

mind your head
Глава 3

Инуи всегда немного нервничал, когда Фудзи обращался к нему за каким-нибудь делом. Не то чтобы он недолюбливал тенсая. Напротив, к человеку, чей стиль игры в теннис отличался таким коварством, он испытывал огромное уважение. К тому же, 95% времени Фудзи был вежлив и приятен в общении. И все-таки Инуи он нервировал. На 30% истоки этого беспокойства лежали в иммунитете к любому напитку, когда-либо изобретенному Инуи (впрочем, в данный момент тот работал над многообещающей смесью на основе уксуса), но 67% подозрений имело началом тот факт, что Инуи был категорически не способен предугадать действия Фудзи что на корте, что вне его – Фудзи анализу не поддавался, а Инуи с подозрением относился ко всему, что не поддается анализу. Последние 3% относились к запястьям Фудзи – по законам физики те в принципе не могли выдерживать такую силу ударов, какую их обладатель демонстрировал.

А еще Инуи собрал достаточно информации о Тэдзуке, чтобы не понимать, что если он разозлит Фудзи, то с 98-процентной вероятностью вылетит из основного состава команды, а одного раза ему и так хватило.

– Инуи, можно тебя на пару слов? – спросил Фудзи после тренировки, с ангельской улыбкой на лице наблюдая, как тот подтягивает на щиколотках утяжелители.

– Мы с Кайдо собираемся на пробежку. Это надолго? – Инуи выпрямился и поправил очки.

– Вообще-то, я надеялся сам с тобой пробежаться. Мне нужно нанести визит в Хётэй, а Эйдзи с Ойси сегодня вечером заняты. Не хочешь пойти со мной?

– Хётэй? – Инуи попытался хоть что-то прочитать по лицу тенсая. Визит Фудзи в Хётэй с 64-процентной вероятностью имел целью месть, с 36-процентной – рекогносцировку для будущей мести. – Если тебе нужны на них данные, я могу одолжить кое-какие свои выкладки. На Атобэ они на 28% не закончены, но на остальную команду все готово.

– На самом деле, Тэдзука попросил меня поговорить с Атобэ лично, но я подумал, что ты, может быть, тоже захочешь поучаствовать. Если ты сегодня занят, можно отложить на завтра.

– Тэдзука попросил тебя поговорить с Атобэ?

Фудзи безмятежно кивнул. С вероятностью 57% – врет. Впрочем, его улыбка всегда мешала точным расчетам. Лучше всего сначала переговорить с Тэдзукой самому, а уже потом решать, соглашаться или нет на предложения Фудзи.

– Как я уже сказал, мы с Кайдо продолжаем тренировки для игры в паре. Мне нужно сначала обсудить это с ним.

– Разумеется, но если тебе нужна информация по парным, тебе точно стоит со мной пойти.

Инуи вздернул бровь. – О?

– Мм… – улыбка Фудзи стала на 8% шире. – Пара, которая выиграла у вас на турнире Канто… видимо, данные на них у тебя недостаточно полные. Для тебя с Кайдо будет очень полезно посмотреть на них поближе.

– Думаешь?

– Они тоже стали играть в паре не так давно и по стилю похожи на вас. Да и по разнице в возрасте. Жаль, что Сисидо в следующем году выпускается из средней школы. Ты уже думал, будешь ли продолжать играть парные в старшей школе?

Фудзи задал вопрос самым беззаботным тоном, хотя Инуи был практически уверен (88 процентов), что Фудзи знал, что он в последнее время над этим думает. Конечно, Инуи понимал, что окончание средней школы станет испытанием для их с Кайдо… отношений. Пока что он перебирал другие варианты.

– Это будут ценные для тебя данные, – нажал Фудзи. – Если хочешь, поговори сначала с Тэдзукой, но я надеюсь, что ты согласишься, – и с этими словами Фудзи направился к клубному домику.

Ценные данные. Хотя с вероятностью 75% Фудзи был прав, Инуи решил все-таки поговорить с Тэдзукой. Он не позволит втянуть себя в манипуляции тенсая, пока не будет как минимум на 96% уверен, что знает, чего именно тот добивается.

2009-07-22 в 22:27 

mind your head
Глава 4

При виде двоих теннисистов из Сэйгаку, подходивших к кортам, Атобэ задумался, что, собственно, такого он натворил в предыдущей жизни, чтобы заслужить это.

К счастью, он успел их заметить издали, выходя из душевой, поэтому тут же развернулся обратно, сделав вид, что что-то забыл. Визиту Фудзи он, по крайней мере, не удивился и был к нему готов, хотя и рассчитывал, что тот явится раньше. Со своей обычной, миролюбиво-смертоносной улыбкой самый загадочный из игроков Сэйгаку неторопливо шел к воротам хётэйских теннисных кортов. Как кому-то вообще удалось попасть на территорию кампуса, охраняемого надежнее королевской казны, само по себе было загадкой.

Но главным сюрпризом было то, что с Фудзи шел их специалист по дата-теннису. Выражения глаз Инуи за линзами очков было не разглядеть, но бутылка с ядовито-зеленой жидкостью в его руках была достаточно красноречива. Для Фудзи Атобэ стратегию подготовил, а вот Инуи необходимо было отвлечь. Ему нужно время чтобы подготовиться, но разгуливать двум лучшим сэйгаковским тактикам по ЕГО корту он не даст. И он немедленно исполнил свой капитанский долг… натравив на них Дзиро.

***


– Фудзи-кун! Сугой! Сугой! Сугой! – орал Дзиро. Несмотря на то, что его грубо разбудили с помощью рупора, Дзиро с разбегу кинулся обнимать своего самого наилюбимейшего соперника. Ну, если не считать Атобэ-сама и Маруи-куна. Да, Фудзи-кун правда сугой… и в данный момент находится в Хётэе; следовательно, Атобэ-сама о чем-то разговаривал с Тэдзукой; следовательно, Фудзи, скорее всего, зол, а Дзиро – единственный человек из всего Хётэя, способный в считанные минуты обезвредить тэнсая.

И люди еще называют его ленивым.

– Что ты здесь делаешь? У вас рано закончилась тренировка? Хочешь сыграть матч? Хотите, я уговорю Гакуто сыграть вместе со мной пара на пару? Вот Оситари разозлится!

– Спасибо, – начал Фудзи, деликатно отдирая от себя вцепившегося в него парня, – но вообще-то нас прислал Тэдзука. Мне нужно поговорить с Атобэ-саном. Покажешь, где его найти? – фраза прозвучала с вопросительной интонацией, но проблеск ярко-голубых глаз подразумевал противоположное.

Нужно тянуть время. Дзиро наклонил голову к плечу. – Ты ведь не собираешься играть с ним в теннис, нет ведь? Он только что принимал душ и не захочет снова потеть. Нэ, Фудзи-кун, а давай быстренько с тобой сыграем. Оситари все пытается повторить тот твой удар медведя, но только лодыжку подвертывает. Так смешно. Может, покажешь ему, как это делается.

– У Оситари-сана для Хигума Отоси не достаточно чувства равновесия, но сейчас у меня на это нет времени. Инуи, как думаешь, где сейчас Атобэ? – Фудзи бросил взгляд на своего спутника.

– Вероятность того, что он все еще в клубном помещении, 76%. Что он уже вернулся в общежитие – 20%, – ответил Инуи, поправил очки и бросил взгляд совсем не в ту сторону, в которой, по его прогнозу, находился Атобэ, а на основные корты. – Если не возражаешь, я побуду у корта для парных игр и постараюсь собрать данные.

Дзиро моргнул. Тренировка закончилась – какие данные он надеется собрать? Он попытался припомнить, против кого играл Инуи в матчах против Хётэя, но не смог, потому что дрых вплоть до собственной игры. Но пара Инуи проиграла, следовательно, играли они против Серебряной Пары… а та обычно тренировалась еще долго после того, как уходили все остальные. По крайней мере, они уверяли, что тренируются.

Дзиро улыбнулся. Если Инуи нужны были именно такие данные, он серьезно недооценил менеджера Сэйгаку. – Там остались, наверное, только Сисидо и Отори. Они на корте С.

– Я тебя позову, когда здесь закончу, – легко согласился Фудзи. – Акутагава-сан проводит меня к Атобэ. Проводишь? – он улыбнулся Дзиро, но в улыбке его было что-то настолько хищное, что Дзиро стало не по себе. Он страстно надеялся, что достаточно отвлек Фудзи, чтобы уберечь Атобэ от непосредственной опасности. Ну что ж, по крайней мере, Атобэ не придется иметь с Фудзи дело один на один.

– Наверное, он в офисе. Я пойду с тобой, – Дзиро взял Фудзи под локоть, продолжая болтать как можно жизнерадостнее. – Но когда вы, парни, тут закончите, давайте все-таки немножко поиграем. Я проспал почти всю тренировку, так что толком не размялся. А меня ты можешь научить тому самому удару? Который был такой – вз-з-з-бам-м-м?

– Цубамэ Гаэси? – заметно веселясь, перепросил Фудзи. Хорошо. Веселится – это хорошо. Развеселившийся тэнсай – менее опасный тэнсай.

– Ага, точно, этот! А для того китового возвратного удара хватит ветра? Может, нам одолжить вееров…

продолжение следует

2009-07-23 в 13:21 

Прикольно! Хищный Фудзи - это такая прелесть. Спасибо за чудесный перевод.

2009-07-29 в 21:13 

mind your head
Avada- kun Ничего у него достойный соперник. Продолжаем ))

Глава 5

«Рукопожатие продолжалось восемь секунд», - записал Инуи, наблюдая за тренировкой Серебряной Пары. Похоже, что те отрабатывали точность подачи Scud Serve Отори. Инуи вынужден был признать, что удар впечатляет, однако игроки Хётэя явно не имели опыта разработки специальных тренировочных методик. Отори снова и снова бил по мячу, но точек ориентира на корте, помимо самого Сисидо, у него не было. Кроме того, экономя силы, он использовал только 60% мощности. Так точность удара для условий реального матча не улучшишь.

Однако теннисные данные не были целью текущей миссии Инуи. Для анализа теннисной стратегии, как правило, не требовалось прятаться за скамейкой, согнувшись в три погибели.

Сисидо шесть раз переходил на другую часть поля, чтобы подправить стойку Отори. Хотя никакой необходимости в этом не было.

В целом увиденное Инуи разочаровало. Во время тренировки Серебряная Пара вела себя практически идентично тому, как он сам вел себя с Кайдо. Просто наблюдая за ними, он не сможет собрать полезную информацию, а это означает, что он вернется в Сэйгаку к Кайдо ни с чем.

Еще одна пометка: Семь раз.

По правде говоря, Инуи беспокоился. Они с Кайдо встречались, не то чтобы официально, уже почти месяц, и, несмотря на очень сдержанные прогнозы Инуи относительно успешности их отношений, они постепенно продвигались дальше: одновременно замечательная и пугающая перспектива.

У беспокойства было два источника: Момосиро Такэси и Янаги Рэйдзи.

Отори вытирает пот с лица Сисидо своим носовым платком. Третий раз.

Момосиро неравнодушен к Кайдо. Инуи был в этом уверен с того момента, как впервые увидел перебранку двух новичков в раздевалке. Тогда он не обратил на них внимания, но теперь это начало его тревожить. На следующий год Инуи закончит среднюю школу, а Кайдо останется в Сэйгаку. С Момосиро. Возможно, даже играя с ним в паре. При этой мысли Инуи почувствовал себя так, как будто только что проглотил неудачный образец Aozu. Несмотря на то, что и имеющиеся данные, и уверения самого Кайдо свидетельствовали о том, что чувства Момосиро не взаимны, он знал, что все может поменяться, если он облажается.

Возможно, поцелуй украдкой от Отори. Кепка Сисидо мешает разглядеть точно.

А у него 76-процентная возможность облажаться на турнире Канто. Один матч с Хётэем чего стоил. Кайдо не держал на него злобы, но Инуи сам не мог забыть свой неудачно просчитанный удар, решивший игру, свою утрату концентрации. И если Хётэй заставил его ошибиться, то финал будет в десятки раз тяжелее. Он снова и снова перебирал данные, надеясь найти зацепку – какой-нибудь неизвестный фактор, который позволил бы обойти результаты жеребьевки, но он не мог отрицать цифры. Сэйгаку будут играть в финале с Риккадаем, и Рэйдзи будет там. 58 % вероятности как второй одиночный, 42% - как третий одиночный, парные он больше не играл. Проблема, которую Инуи удавалось так долго игнорировать, вскоре снова встанет напротив него на корте, и Инуи знал, что с 76-процентной вероятностью это будет стоить ему Кайдо.

Он снова начал писать. Серебряная Пара продолжает...

А Серебряная Пара тем временем исчезла. Он до такой степени погрузился в свои мысли, что не заметил. Черт. Вот и поискал свежие примеры парной комбинации. В любом случае ему стоит найти Фудзи, пока тэнсай не натворил бед. Тэдзука просил его…

- Эй, Сэйгаку, - раздался над головой Инуи резкий, раздраженный голос. – Ну и зачем ты шпионишь за мной и Тётаро?

Да, это будет забавное объяснение.

***


Формально это был офис тренера Сакаки, но тот предпочитал другой – на музыкальном факультете, поэтому Атобэ попросил этот в свое пользование. Он составлял графики тренировочных матчей и программы физических упражнений и подготавливал кричалки для соревнований, так что ему было нужно больше места, чем тренеру. Кроме того, Атобэ гораздо лучше разбирался в дизайне интерьера. По крайней мере, так сказал Дзиро, провожая Фудзи до нужной комнаты. Сам Фудзи ставил под сомнение вкус человека, вешающего больше четырех собственных портретов в одной комнате.

Фудзи много раз бывал в кабинете Рюдзаки-сенсей, но никогда не чувствовал себя там уютно. Древний металлический стол занимал почти все свободное место, оставшееся от рядов скучных серых шкафов с документами. Рюдзаки-сенсей притащила туда пару зеленых, оттенка авокадо стульев на колесиках, до того разломанных, что откинувшийся на спинку рисковал, что сидение отвалится от основной конструкции, и он окажется на полу. Когда ее спрашивали, почему она не потратит часть денег из бюджета клуба на покупку нового кресла, хотя бы для себя, она обычно отвечала, что бюджет предназначен для теннисных принадлежностей, а не для удобств. А им так вообще полезнее постоять. Ойси уже начал собирать деньги с третьеклассников на покупку Рюдзаки нового кресла, когда они шестеро окончат среднюю школу.

Того, сколько Атобэ потратил на отделку «офиса», Сэйгаку наверняка хватило бы на теннисные струны и обмотку до конца следующего тысячелетия. Начать с того, что комната была просторнее, чем большинство учебных классов в Сэйгаку. Ярды королевского пурпурного бархата и золотых шнуров драпировали стены. Ковер, по которому шел Фудзи, стоил, должно быть, годового заработка Рюдзаки-сэнсей. В глубине комнаты стоял внушительный дубовый стол на ножках, выполненных в виде звериных лап, и с резным гербом Хётэя на передней обшивке. А за столом, на троне, по пышности превосходившем любой императорский, восседал Атобэ Кейго, сосредоточенно изучая пачку документов и не подняв голову даже после того, как Дзиро постучал и вбежал в комнату. Фудзи с трудом сдержал смешок, увидев на капитане Хётэя изящные овальные очки. Тэнсай раньше никогда не замечал, чтобы Атобэ носил очки, и подозревал, что тот надел их просто ради эффекта.

- Капитан, - жизнерадостно улыбнулся Дзиро. – Пришел Фудзи-кун.

Атобе поднял взгляд, как будто только сейчас заметив вошедших. – Фудзи Сюскэ из Сэйгаку. Чем Хётэй обязан такой чести? – спросил он, с важным видом снимая очки. Фудзи мысленно добавил фальшивые очки в список вещей, которые ему не нравятся в Атобэ.

- Тэдзука сказал, что ты мог неправильно понять мое письмо, - начал Фудзи, заставив себя улыбнуться шире. – Я только хотел уверить тебя в искренности своих намерений.

Тем временем Дзиро, очевидно, решив, что разговор становится скучным, хлопнулся на шикарный, пурпурного цвета диван, стоявший у стены. Фудзи не очень понимал, кому может понадобиться диван в офисе, но с другой стороны, при наличии в команде Дзиро смысл в нем был. Тот уже обхватил диванную подушку, свернулся калачиком и мгновенно заснул. По крайней мере, так казалось со стороны. После того первого матча Фудзи понял, что Дзиро тоже прекрасно владеет искусством вводить в заблуждение своим внешним видом.

- Несомненно. Собственно, мы с этим уже разобрались, - продолжил Атобэ. – В любом случае, добро пожаловать.

- Угу, - отозвался Фудзи, потому что Тэдзука был бы огорчен, если бы он прибавил что-нибудь еще. – Тогда пока, - он повернулся к выходу, но голос Атобэ остановил его.

- Ты знаешь, когда он вернется? Он должен орэ-сама полноценный матч-реванш.

Фудзи обернулся, ощетинившись. Человек, из-за которого Тэдзука попал на лечение в Германию, не имел права как бы между прочим спрашивать, когда тот вернется. – Он вернется, когда его рука полностью восстановится, но если ты хочешь сыграть против него, боюсь, очередь уже и без того длинная.

- В лучшем случае это будет после финала, так? – Атобэ подпер подбородок рукой и приподнял бровь.

Фудзи глубоко вздохнул, заставляя себя вспомнить Тэдзуку, просящего его вести себя дипломатично. Тэдзуку, говорящего, что скоро вернется. Говорящего, что скучает по нему…

Когда Фудзи снова заговорил, его голос был ровен и спокоен. – Сэйгаку сильны даже без Тэдзуки. Мы сделаем все возможное. – Ему показалось, что Дзиро моргнул, но поручиться не мог.

Рука Атобэ поднялась к лицу в характерном жесте. Фудзи закатил бы глаза, но это означало, что их надо было открывать, а этот сноб того не стоил. Он надеялся, что Атобэ действительно видит, о чем он сейчас думает. – Сэйгаку сильны, но вы, несомненно, будете играть против Риккайдая. Санада не тот человек, которого можно не принимать всерьез.

- Как и я сам, - Фудзи едва удержался от шипящих ноток. Он не понимал, чего Атобэ надеется добиться, оскорбляя его, но Фудзи не нравилось быть объектом манипуляции. Тэдзука. Это для Тэдзуки. – Если у тебя все…

- Тогда предлагаю пари, - сказал Атобэ, поднимаясь. Теперь его одеяние стало видно гораздо лучше. Надо обладать поразительной самоуверенностью, чтобы носить такое количество оборочек, и Фудзи осознал, что его раздражает то, что Атобэ это удавалось. – Ты осведомлен, что орэ-сама хочет первым играть против Тэдзуки, но эта честь, как предполагает орэ-сама, принадлежит тебе, верно?

Фудзи кивнул, вопросительно приподнимая бровь.

- Если ты проиграешь Санаде, то уступишь место мне.

На мгновение Фудзи приготовился к сообщению «вас снимает скрытая камера», но Атобэ, похоже, был совершенно серьезен, насколько вообще можно выглядеть серьезным в лиловой рубашечке с оборками. – Как ты и сказал, - ответил Фудзи, – Тэдзука уже согласился играть со мной первым. Зачем мне заключать пари на то, что у меня уже есть?

- Потому что если Сэйгаку выиграет, орэ-сама лично оплатит твой перелет в Германию для вручения Тэдзуке чемпионской медали.

2009-07-29 в 21:15 

mind your head
Глава 6

– Я здесь присматриваю за Фудзи, – принялся объяснять шпион из Сэйгаку. Как его зовут, Сисидо забыл – он помнил только то, что они с Тётаро у него выиграли, а значит, его имя не стоило того, чтобы его запоминать. Впрочем, тот страшно раздражающий дата-теннис, в который этот парень играл, не запомнить было бы сложно.

Сисидо скептически огляделся. – Что-то я его не вижу.

– Он в данный момент с Атобэ. Я жду, пока они закончат.

– И решил тем временем пошпионить за нами?

Парень из Сэйгаку выпрямился, видимо, стараясь подавить его своим ростом. Как будто для Сисидо это впервой. Да и сложно кого-то подавлять, если только что выполз из-за скамейки, застуканный за шпионажем.

– В общем, да, я хотел собрать данные по вашим парным расстановкам. Мы с Кайдо ищем новые техники.

– Тоже мне отмазка. Мы сейчас не играли в паре, а работали над Scud Serve.

Сисидо показалось, что сэйгаковский аналитик поморщился, но с его очками трудно было сказать наверняка. – Парные, как вы и сами знаете, – не одна только стратегия. Я собираю данные и по… другим отношениям, влияющим на игру.

Отношениям?

– Хочешь сказать, что личную жизнь тоже собираешься анализировать? – приподнял бровь Сисидо. Скрывать смысла не было. Не то чтобы их отношения с Тётаро были для кого-то секретом, по крайней мере, в пределах Канто, и, честно говоря, Сисидо это вполне устраивало: больше народу будет знать, что Тётаро занят.

Парень сдвинул брови. – Если честно, то да.

Сисидо еле удержался от смеха. Это бы совершенно разрушило его имидж. Кажется, теперь он вспомнил – у той пары, против которой они играли, действительно были признаки пары. Он припомнил, как дата-теннисист положил руку на плечо своего партнера и не убирал почти целую минуту, пока сам Сисидо ждал продолжения матча. – Поругался со своим партнером по парным или еще что?

Парень из Сэйгаку выпрямился и поправил свои дурацкие очки. – Я просто собираю информацию, которая нам понадобится к следующему учебному году. Я закончу среднюю школу, а Кайдо нет. Вы с Отори находитесь в такой же ситуации, и я решил посмотреть, как вы готовитесь к возникновению этой проблемы.

– Проблемы? Какой проблемы? – если в этом есть какая-то проблема, Сисидо бы знал. Тётаро его предупреждал, если возникали какие-нибудь проблемы.

– Проблемы, что вы окажетесь порознь. Вы станете продолжать играть в паре с другими?

– Тётаро в будущем году станет капитаном. Никто его ставить в пару не будет, – с впечатляющей уверенностью заявил Сисидо. Он мало во что искренне верил, но способности Тётаро относились к этому списку. Если Хиёси вбил себе в голову, что способен с ним соперничать, Сисидо ему доступно объяснит, куда именно он может засунуть свой кунфу-теннис или как там он у него называется.

Инуи что-то черкнул в тетради. Сисидо попытался заглянуть в нее сверху, не дотянулся и нахмурился.

– А ты сам?

– Что я? Я знаю, как играть одиночные. После тренировок мы будем по-прежнему играть друг с другом в паре, а на следующий год уже начнем учиться в одной школе, – не то чтобы у них был особый выбор, в какую старшую школу идти. Родители и слышать бы не захотели, соберись они в какое-нибудь менее престижное, чем Хётэй, место. Единственное положительное для Сисидо обстоятельство заключалось в том, что общежития старшей школы были в полутора кварталах от здания средней.

Снова царапание в тетради. – А тебя не беспокоит, что Отори в твое отсутствие кого-нибудь себе найдет? – в лоб задал вопрос визитер.

Сисидо бросил в него такой взгляд, что им можно было бы оглушить и бизона. – Ты че за траву курил, если такое спрашиваешь?

Теннисиста из Сэйгаку так просто было не смутить. – Просто пытаюсь спрогнозировать возможное развитие событий

– Никакое это не возможное развитие событий. Я Тётаро доверяю, понял? Если у тебя с твоим партнером по парным это нет так – это ваша проблема, а не наша.

К тому же, после того что случилось с Таки, Сисидо сомневался, что кто-то еще рискнет попытаться разлучить Серебряную Пару. Если бывшему партнеру Отори по парным сильно повезет, то к следующему Национальному он, возможно, и сможет снова играть в теннис… но и то не в основном составе. При этой мысли Сисидо позволил себе чуть улыбнуться.

Долговязый парень из Сэйгаку нахмурился и снова принялся что-то строчить в своей тетради. Сисидо показалось, что он несколько раз что-то подчеркнул.

– Ты ему доверяешь, а почему?

– Ты серьезно? – если бы такую заяву он услышал, например, от Гакуто, тот бы уже получил подачу в лицо. Но этот тип даже не усмехнулся, а наоборот, серьезно кивнул. Сисидо мельком подумал, в Сэйгаку все такие же чокнутые или нет. – Потому что он достоин доверия, да он вообще единственный в этой идиотской школе, кому можно доверять. Он не пользуется шпаргалками. Не врет. Не скрывает, если у него что-то на сердце. А почему еще людям доверяют?

– Хм-м-м… пробормотал юноша и сделал еще несколько пометок в тетради. – А ты ему отвечаешь ему честностью на честность.

– Тётаро? Ага. А как без этого играть в паре, не говоря уж о том, чтобы встречаться? – Сисидо посмотрел, как карандаш скрипит по бумаге. – Ты и правда все это записываешь. Ничего удивительного, что мы у вас выиграли.

– Может, мы скоро сумеем организовать матч-реванш. Кайдо такая возможность точно обрадует. Его Boomerang Snake становится все лучше и лучше.

– Не поможет, если он не сможет отбить подачу Тётаро, – парировал Сисидо. – Мой вам совет – определитесь для начала со своей личной жизнью. Неважно, что за тараканы у тебя в голове – просто расскажи ему, я так считаю. Если у вас все всерьез, так будет легче, поверь.

– Я обдумаю эту информацию, – ответил игрок из Сэйгаку и захлопнул тетрадь.

– Обдумай-обдумай. И бросай шпионить. Это мерзко, – Сисидо развернулся, чтобы уйти.

– Подача Отори, – вдруг произнес тот, и Сисидо снова обернулся. – Чтобы ее усовершенствовать, нужна мишень для тренировки точности. И она должна быть минимум на 70 сантиметров над землей, чтобы он мог оценивать траекторию мяча. Лучше всего подойдет что-нибудь вроде кольца.

Сисидо снова приподнял бровь. Ценное зерно в этой идее, несомненно было. Тётаро и впрямь необходимо научиться четко понимать, куда полетит мячик. Кольцо? Как-то раз ему пришлось прятаться от фанаток на заброшенной стройке рядом с кампусом. Там валялась уйма бетонных плит, во многих из них были отверстия. Он мог бы уговорить Тётаро сходить с ним…

Он осознал, что их незваный гость внимательно на него глядит, торопливо буркнул: – Как скажешь, – и направился к клубному домику, где его чуть не сбил с ног вылетевший из капитанского «офиса» сверхэнергичный Дзиро.

– Инуи-кун! – заорал тот. – Ты нужен Фудзи-куну. Скорее, лучше их вдвоем надолго не оставлять! – Так же стремительно, как выбежал, Дзиро бросился обратно.

Так значит, у Атобэ действительно встреча с сэйгаковским гением. Имя Фудзи Сисидо запомнил крепко, поскольку Дзиро, кому-нибудь проиграв, рассказывал об этом неделями, так что в Хётэе не оставалось никого, кто бы не был в курсе талантов его нового соперника. В последнее время он всем уши прожужжал про того парня из Риккая, который не выпускал жвачку изо рта. Ну и ладно, тем больше причин для него с Тётаро на сегодня отсюда свалить.

Он вздохнул и напрравился к условленному месту встречи с Тётаро. Парень из Сэйгаку пошел следом за Дзиро, все еще что-то записывая на ходу в тетрадь. Сисидо покачал головой. Некоторым играть в паре просто не дано.

2009-07-29 в 21:15 

mind your head
***


Глядя в спины двум уходящим визитерам из Сэйгаку, Дзиро чувствовал, как у него сводит живот. Ощущение было незнакомым. Как правило, тревоги и волнения его не касались; если ему и случалось занервничать, то стоило слегка вздремнуть, и все как рукой снимало. Но сейчас он не мог избавиться от ощущения, что Атобэ-сама только что совершил нечто ужасно глупое: заключил заведомо проигрышное пари. И кажется, сделал это намеренно, что на него было совершенно не похоже.

– Эй, Атобэ? – сказал он, как только они снова остались одни. – Ты уверен, что это хорошая идея?

Атобэ ухмыльнулся и провел рукой по своим серебристым волосам. – Орэ-сама прекрасно знает, что делает.

– Если только… – Дзиро замялся. Он не имел привычки указывать Атобэ-сама, что тот не прав, но сейчас ему было нужно разобраться в ситуации. В конце концов, именно его Атобэ-сама выбрал свидетелем пари со своей стороны и доверил на хранение свою копию документа. Он обязан четко понимать, что именно под этим пари кроется. – Фудзи-кун и так играет очень хорошо, а когда у него есть за что бороться, то еще лучше…

– В исходе этого матча орэ-сама полностью уверен. Решение было правильным, – при виде вытянувшегося лица Дзиро Атобэ понимающе улыбнулся.

Ну и ладно, в эту игру можно играть и вдвоем. Дзиро с чувством зевнул. До того момента, когда Сэйгаку будет играть с Риккаем, ему еще придется высидеть множество скучных матчей, так что у него будет куча времени, чтобы выяснить, что задумали Фудзи и Атобэ. – Окей, окей. Я посплю у тебя в офисе, пока ты не уйдешь?

Атобэ насмешливо вздохнул. – Ну поспи, – и двое игроков Хётэя вернулись обратно в комнату.

***


– Ты в курсе, что вероятность того, что Атобэ что-то замышляет за твоей спиной, 98%? – спросил Инуи, когда они выходили из величественных ворот школы Хётэй.

– Разумеется, – Фудзи никак не прокомментировал пари, которое заключил, не посоветовавшись с Инуи. Специалиста по дата-теннису просто притащили в офис и попросили быть свидетелем договора. Копия которого сейчас лежала в кармане его спортивной куртки.

– Ты знаешь, что он собирается предпринять?

– Я знаю, как справиться с с Атобэ.

Чудно. Уклоняемся от вопросов. Это сулило успех. – Думаю, ты мне вряд ли поможешь оценить шансы на то, что Тэдзука во всем произошедшем обвинит меня?

– О, я постараюсь, чтобы они были невелики. К тому же… – тут улыбка тэнсая просто засияла. – Тэдзука не будет ничего об этом знать, пока я сам не объявлюсь у него на пороге.

Учитывая, что в дело замешан Атобэ, Инуи решил, что шансы на это где-то между пятью и семью процентами, но предпочел не сообщать об этом Фудзи. – Ты намерен ему солгать?

Фудзи обернулся к Инуи, умудряясь даже с прикрытыми глазами выражать взглядом любопытство, и покосился на тетрадь, которую тот машинально открыл. – Не солгать. Просто не вижу причин информировать его о том, что пока его напрямую не касается.

Интересно. Эти данные и разговор с Сисидо опровергали друг друга. Может, в разных ситуациях действуют разные правила? Тогда каких правил ему придерживаться, если он возьмется обсуждать с Кайдо проблему, касающуюся Рэндзи? Необходимо провести более тщательный анализ и только после этого предпринимать какие-то действия.

– Нэ, Инуи, можно посмотреть, что ты пишешь? – спросил Фудзи.

Инуи захлопнул тетрадь. – Нет.

2009-07-29 в 21:15 

mind your head
Глава 7

Первый конверт Тэдзука получил вскоре после матча Сэйгаку с Дзёсэем. Письма в нем не было, только толстая пачка фотографий, подписанных на обороте изящным почерком. На многих были запечатлены моменты матча: фотография Момосиро в обмороке («Случайно перепутали соки. Инуи бегал штрафные круги»), празднующая победу Золотая Пара («Кавай, нэ? Ойси говорит, с запястьем у него уже получше»), а один из игроков команды-противника словно бы нарочно остановился посреди матча, чтобы попозировать в камеру («Если бы только я мог сфотографировать выражение лица Кайдо в этот же момент»). На других снимках были более будничные вещи: стул в суши-баре Кавамуры («Зарезервировано к твоему возвращению»), нечто булькающее, дымящееся, ядовито-голубое и несомненно принадлежащее Инуи («Мощная штука»), несколько фотографий кактусов Фудзи («У Мишель все отлично, а вот Кеннет что-то не торопится цвести»). Снимков самого фотографа не было, но Тэдзука все равно развесил на стенах в комнате несколько штук. Каждая фотография была уникальной, необыкновенной и наполняла Тэдзуку щемящей тоской по дому. Каждая была квинтэссенцией самого Сюскэ.

Сюскэ… Мысленно он начал называть его так, но вслух по имени не обращался. По телефону переходить на эту ступень общения было неуместно. К тому же, что бы там Фудзи ни задумал, это его только еще больше вдохновит.

А в том, что Фудзи что-то замышляет, Тэдзука не сомневался, потому что уже несколько недель Атобэ не звонил посреди ночи, спрашивая, как у него с рукой, или пытаясь уговорить на повторный матч. Сюскэ ему явно что-то сделал, но что именно, не говорил. Когда в телефонном разговоре Тэдзука спросил его об этом, Фудзи сказал лишь, что они поговорили, и вопрос решен, но Тэдзука по голосу слышал, что тот улыбается.

Пока что капитан решил оставить все как есть. Сюскэ дал слово не причинять Атобэ настоящего вреда, и Тэдзука ему в этом доверял. Вздохнув, он прикрепил рядом с кроватью снимок пустого клубного домика («Ради тебя соблюдаем в нем порядок»). Склонность Фудзи к интригам представляла опасность, но ради серьезных отношений с ней можно было смириться. Он только надеялся, что Атобэ не прилетит в Германию жаловаться ему лично, когда коварный план Фудзи будет осуществлен.

***


Кайдо был чем-то расстроен. Его глаза при взгляде на Инуи щурились на 12% сильнее, а мысли не были сосредоточены на тренировке, что давало только 80% эффекта от упражнений. В данный момент амплитуда махов полотенцем составляла всего 90% от требуемой – недостаточно хорошо даже для парного корта, не говоря уже об одиночном. Второклассник был, как обычно, молчалив, но Инуи знал, что необходимо побыстрее выяснить, в чем дело. Когда Кайдо молча взвинчивал себя по какому-то поводу, взрыв ярости, когда проблема все-таки выходила на свет, увеличивался в геометрической прогрессии.

– Кайдо, тебя что-то беспокоит? – спросил Инуи.

Полотенце снова просвистело, рассекая воздух. Инуи не очень хотелось начинать разборки посреди тренировки Кайдо. Для него их время вдвоем на берегу реки было важнейшим событием всей недели, а бывать здесь чаще, чем раз в три-четыре дня, они не могли, потому что иначе шанс схватить простуду возрастал на 25%. Для Кайдо эти тренировки были самыми эффективными из всех, а Инуи… что ж, Инуи просто нравилось наблюдать за ним.

Кайдо еще помолчал, а затем спросил: – Ты специально подсунул Момсиро тот сок?

Инуи моргнул. Такого вопроса он не предвидел. – Во время матча с Дзёсэем? Нет. То, что Момосиро не умеет читать, в мои расчеты не входило.

Кайдо кивнул и продолжил делать махи, но амплитуда снизилась до 87%. Он ответил неправильно? Кайдо ему не верит? Кайдо знает, что он никогда бы не сдал игру из-за такого пустяка, как ревность. Он встал в пару с Момосиро ради того, чтобы Кайдо смог опробовать свой Boomerang Snake на корте для одиночных, разве Кайдо этого не понимает?

– Почему ты спросил?

Снова веер водяных брызг от полотенца. Наверное, река не лучшее место для подобного разговора.

– Я слышал, как они с Этидзэном говорили об этом. Неважно.

– Это была случайность.

Удивительная случайность, но тем не менее.

Кайдо сделал еще несколько махов и спросил, не глядя на Инуи: – И еще матч с Роккаку. Мы будем снова играть парные? – его силуэт красиво обрисовался на фоне заката. У Инуи свело желудок. Ну почему Кайдо понадобилось спрашивать об этом именно сейчас?

– Ойси решил, что во второй паре должны играть Така-сан и Момосиро. Он хочет, чтобы они учились контролировать свою силу. Ты снова будешь играть во втором одиночном, хотя шанс на то, что матч окажется таким же длинным, всего 30%.

Кайдо повернулся и взглянул на Инуи, в то время как тот не мог разглядеть его лица против солнца. Похоже, он хотел спросить о чем-то еще, но удержался и вернулся к тренировке.

– На сегодня повторов достаточно. Прежде чем пойдем домой, сделай растяжку.

Кайдо послушался. Он всегда слушался, когда Инуи предлагал ему свои методы тренировок. При мысли о том, что его кохай полностью доверяет ему, а сам он до сих пор не может заставить себя поднять в разговоре тему своего прошлого, не может сказать Кайдо, почему на самом деле он предложил поставить на парную игру Момосиро и Таку-сана, Инуи захлестнуло чувство вины.

Они принялись за растяжку, но при этом оба молчали. Лишь после того как они встали, Кайдо произнес: – Сэмпай, тебе не нужно винить себя за матч с Хётэем.

Инуи поправил очки. Не стоит забывать о том, что проницательность Кайдо нельзя недооценивать. – Это было упущение в данных, Кайдо. Для тебя будет полезнее играть одиночные, пока я не сумею подогнать свой метод анализа под игру в паре достаточно хоро…

– Инуи-сэмпай, – оборвал его Кайдо. Перебивать Инуи для него само по себе было необычно. Инуи взглянул на Кайдо – на шее у него висело мокрое полотенце, глаза перебегали то на землю, то на реку, то на дерево, лишь бы не смотреть на Инуи. – Данные… они… полезны… потому что помогают предсказать, что произойдет, но… тебе нужно развивать и… инстинкты тоже, – Кайдо спотыкался на каждой фразе, заставляя себя выдавливать слова, словно воду, выплескивающуюся через плотину. На последних словах он наконец-то взглянул на Инуи своими темными глазами – даже этот колючий взгляд завораживал.

Инуи поймал себя на том, что заикается: – Ин-инстинкты?

– Мяч оказался в ауте потому, что у тебя недостаточно развиты инстинкты, а не потому, что данные были неверны.

– Кайдо, инстинкт – слишком ненадежная вещь, чтобы выстраивать на ней стратегию… эй!!! – Кайдо без предупреждения стремительно попытался схватить тетрадь, но рука Инуи успела перехватить ее на мгновение раньше. – Кайдо?!

Змей улыбнулся. – Ты не мог предвидеть, что я это сделаю, так ведь?

Инуи снова поправил очки, на этот раз раздраженно. – Нет.

– Но ты все равно защитил свою тетрадь. Инстинкт. Он у тебя есть, Инуи-сэмпай. С завтрашнего дня начнем тебя тренировать

Инуи нахмурился. – Тренировать меня?

– Хай, сэмпай. Теперь твоя очередь. К Национальному капитан уже вернется, и вакансии в одиночных больше не останется. Мне будет нужен сильный партнер по парным, – похоже, Кайдо сам не ожидал, что это скажет. Покраснев, он побежал в сторону своего дома, крикнув на ходу: – До завтра.

Инуи же все еще не мог обрести дар речи. Кайдо нисколько не разозлился. Никакие данные этого не объясняли. Словно бы Кайдо твердо считал, что их отношения – во всех смыслах – в обозримом будущем не закончатся. И почему он вроде как расстроился, что Инуи не подменил сок нарочно? Он хотел, чтобы Инуи ревновал? Факты не согласовывались друг с другом. Это ошибка в анализе? Или же Кайдо прав? Возможно, именно в этом они с Рэндзи просчитались – в роли инстинктов…

Инуи заставил себя остановиться. Еще есть время до того, как эта проблема предстанет перед ними. Пока что он решил сосредоточить все свои силы на Кайдо и на тренировках, которые тот ему посоветует.

2009-07-29 в 21:16 

mind your head
Глава 8

На следующей серии фотографий, полученных Тэдзукой, было запечатлено несколько моментов со спортивной площадки Роккаку: размытый круг, в ближайшем рассмотрении оказавшийся крутящимся на турнике Кикумару («Какая жалость, что турники не ставят возле теннисных кортов, нэ?»), Инуи и Кайдо, стоящие рядом возле ограждения («Похоже, дела у них наладились»), Этидзэн, спящий рядом с парнем в форме Роккаку («Компромат» - на фотке был нарисован подмигивающий смайлик). Прилагалось и несколько более импрессионистских изображений: сакура на школьном дворе («Ты замечал, что ее лепестки все летят и летят?»), причудливая паутина распущенных теннисных струн («Красиво, нэ?»). На последнем фото - табло, сообщающее о победе Сэйгаку над Роккаку. Надпись на обороте: «Риккадай следующие. Готовь место для медали».

«По крайней мере, Сюскэ уверен в победе», - думал Тэдзука, развешивая новые фотографии по комнате. Однако он не мог не задаться вопросом, почему тэнсай не присылает снимки самого себя. Фудзи так и не уточнил, в чем состоял его разговор с Атобэ, и ему казалось, что если бы он взглянул в глаза Сюскэ, то сразу разгадал бы, в чем секрет.

Риккадай в тысячу раз превосходил Роккаку в мастерстве, и Фудзи не мог позволить себе тратить время на свои интриги. Сейчас было время соблюдать осторожность, и он надеялся, что Сюскэ это понимает.

***


- Я отменяю пари, - без предисловий заявил Фудзи.

Дзиро позволил себе приоткрыть один глаз. Они с Атобэ были приглашены на встречу с Фудзи и Инуи для обсуждения пари в… странноватый ресторан. До этого момента Дзиро был уверен, что Фудзи просто решил затащить Атобэ в место, где на его эксклюзивный костюм почти наверняка прольется что-нибудь разноцветное, жирное и оставляющее несмываемые пятна. На какое-то мгновение Атобэ удивительно походил на вытащенную из воды рыбу, но быстро оправился. – Орэ-сама хочет напомнить тебе, что согласно условиям это считается проигрышем. Орэ-сама выиграл.

- Обстоятельства изменились, и я не могу на них повлиять. Согласно расписанию игр, я больше не первый одиночный. Я не буду играть против Санады, - Фудзи пожал плечами, но в жесте не было его привычной грации.

- Значит, Тэдзука уже вернется к этому времени? – спросил Атобэ.

- Нет, - почти прорычал Фудзи. Он, несомненно, был ничуть не меньше Атобэ раздосадован отменой пари, но тоже делал все возможное, чтобы это скрыть.

После минутной паузы, когда стало ясно, что Фудзи не расположен вдаваться в подробности, заговорил Инуи: - Первый одиночный будет играть Этидзэн.
Атобэ закашлялся, подавившись водой, которую принес с собой в бутылке (ресторанная вода из-под крана его не устраивала). Не стоило ему пить в такой момент. – Новичок? Вы собираетесь перевязать чемпионскую медаль ленточкой и вручить Санаде лично?

- Решение уже принято, - отрезал Фудзи. – Пари отменяется.

- Значит, ты сдаешься, и орэ-сама выиграл.

«Со всей их проницательностью и интуицией эти двое иногда довольно невнимательны», - подумал Дзиро. – Оно не отменяется, - зевнул он, не поднимая головы со стола, где он разлегся по соседству с бутылкой соевого соуса, и получил в ответ три удивленных взгляда.

- Орэ-сама тебя не расслышал, Дзиро.

- Оно не отменяется, - сонно разъяснил Дзиро. – Ты не говорил, что выиграть должен именно Фудзи-кун.

Разговор о тонкостях соглашения был скучным, а стол – неудобным. Но Атобэ, наверное, будет чувствовать себя неловко, если Дзиро прикорнет на его плече. Он снова зевнул, стараясь держать глаза приоткрытыми.

Фудзи взглянул на Инуи расширившимся в тревоге глазами. Тот полез в карман куртки за своей копией с условиями пари. Бормоча себе под нос, он поводил пальцем по строкам и наконец произнес: - Дословно тут говорится: если Сэйгаку победят Риккадай в первых одиночных. Никаких имен не упомянуто, так что формально пари может быть продолжено.

Взглядом Фудзи можно было разрезать стекло. – Ты хочешь сказать, - начал он, стараясь, чтобы голос не выдал его разочарования, – что я поставил на Этидзэна?

- Если никто из вас не хочет сдаться.

- Нет! – хором вскричали Атобэ и Фудзи и негодующе уставились друг на друга. Дзиро не сумел сдержать смешок, но никто особо не обратил на него внимания.

- Пари не отменяется. Участниками становятся Этидзэн и Санада. Может, пойдем? – вздохнул Инуи.

Атобэ засмеялся, хотя Дзиро понял по его тону, что тот расстроен. – Этидзэн… - качая головой, сумел выговорить капитан. – Если этот ребенок побьет Санаду, орэ-сама оплатит появление у Тэдзуки всей вашей чертовой команды.

- Это твои деньги, - почти прошипел Фудзи. – Пойдем, Инуи.

Краем глаза Дзиро заметил, что Инуи что-то черкает на своей копии, и ему стало интересно, заметил ли это кто-нибудь еще. Игроки Сэйгаку ушли, так ничего и не заказав.

- Это место слишком… среднего класса, Дзиро. Нам лучше уйти.

Дзиро поплелся следом за Атобэ к машине. Оказавшись под защитой звуконепроницаемых стен, он спросил: - Все так плохо?

- Очень плохо.

- Даже если ты выиграешь?

- Очень, очень плохо.

- Это можно исправить?

- Чудом. Почем нынче чудеса?

- По-разному, я думаю, - зевнул Дзиро, сворачиваясь клубком рядом с Атобэ, который сейчас, похоже, не был против. – Можно заняться этим вопросом… - и он заснул, так и не закончив фразу.

2009-08-20 в 23:44 

mind your head
Глава 9

Никто из участников пари не брал в расчет Кирихару Акаю.

Слухи о второкласснике из Риккая, конечно, ходили, но в основном людей, интересующихся Риккайдаем, беспокоила болезнь их капитана или грозный Санада. Мастерство Кирихары находилось более или менее вне поля зрения теннисного мира средней школы. Фудзи один раз встречал Акаю, когда тот нанес неожиданный визит в Сэйгаку. Он отчетливо помнил парня, сначала донимавшего Тэдзуку требованиями с ним сыграть, а потом устроившего инцидент, после которого первогодкам пришлось собирать мячики еще долго после окончания тренировки.

Но даже Инуи не сумел предсказать ход событий во время матча Татибаны. Видеозапись потрясла Фудзи: небрежная жестокость Кирихары, отважное, но безуспешное сопротивление Татибаны. В каком-то смысле Фудзи почти гордился капитаном Фудоминэ - тот не стал отвечать противнику тем же, хотя Фудзи знал, что мог. Но нет, он играл достойно. Интересно, почему все друзья Фудзи обладали таким сильным стремлением к самопожертвованию.

Самопожертвованию, которое привело к тому, что Фудзи стоял перед дверью в больничную палату… с цветами.

Может, насчет цветов он и переборщил. Хотя приносил же он цветы Таке-сану, когда тот лежал в больнице, так почему бы не принести их Татибане? К тому же это был чисто дружеский букет: приятные, жизнерадостные желтые цветы. Татибана поймет правильно… а Тэдзуке незачем пока знать, что он тут был. Эти двое и так не очень хорошо ладят.

Фудзи постучал и вошел в палату. Татибана выглядел мрачным – не больным, просто мрачным, губы его были сжаты так плотно, что могли уголь спрессовать в алмаз. Он держал в руках теннисный журнал, но тот был закрыт. Услышав шаги, он поднял взгляд и удивился: - Фудзи?

- Привет, - сказал Фудзи, нацепив на лицо милую улыбку. – Вот подумал, зайду глянуть, как твои дела.

Татибана взглянул на свою перебинтованную ногу. – Бывало лучше, но к Национальному я буду в форме.

- Это хорошо. Мне хотелось бы снова сыграть против твоей команды, - Фудзи положил цветы на прикроватный столик рядом с небольшой пачкой журналов и катушкой обмотки. При виде нее он не удержался от смешка. – Обматываешь ракетку, лежа в больнице?

Татибана закатил глаза. – Ее оставил Камио. Вечно суетится, когда навещает меня, вот и забывает тут кучу всякой всячины. Журналы тоже он принес. И… - Татибана выдвинул ящик столика, – плеер, три CD, две пары наушников, четыре теннисных мячика и упаковку земляничной жвачки, - он со вздохом закрыл ящик.

- Мило, - сказал Фудзи, усаживаясь. – Он тебе подходит.

- Камио? – изумился Татибана. – Он слишком молод.

- На целый год моложе тебя, да.

- Как дела у Тэдзуки?

- Очень ловко меняешь тему.

- Пока получается.

Фудзи отвел взгляд. – У Тэдзуки все хорошо. Он тоже вернется к Национальному.

- Какой нынче длины очередь, чтобы сыграть с ним?

- До окончания старшей школы тебе, может, и удастся.

Татибана понимающе кивнул. – Я так и предполагал.

Фудзи решил, что теперь может перейти к тому, зачем пришел. – Нэ, Татибана, насчет того матча…

- Так и думал, что ты не просто так меня решил навестить. Хочешь узнать о Кирихаре?

- Для начала, да.

Татибана глубоко вздохнул. – Не знаю, что тебе сказать. Он ненормальный, но он хорош. Действительно хорош.

- Ты мог победить его? Если бы применил свой… старый стиль, – осторожнее… Татибана терпеть не мог говорить о своей старой манере игры в теннис, а Фудзи не мог допустить, чтобы он сейчас закрылся. Фудзи был одним из немногих, кто знал Татибану тех дней, и, несмотря на то, что старая прическа друга ему нравилась больше, вспоминать те времена он не любил.

Татибана помедлил, прежде чем ответить. – Возможно, но я не могу поручиться. Может быть, он сильнее, чем я был тогда. Определенно сильнее меня нынешнего.

- Это неправда, - проворчал Фудзи. – Идеология Риккая… порочна по своей сути. Они без сомнений пойдут на все ради победы.

- Ты собираешься играть с ним? – посерьезневшие глаза капитана ловили взгляд Фудзи.

Тот кивнул.

Лицо Татибаны осветилось одной из его редких улыбок. – Я не был уверен, что ты захочешь. Не стоило…

- Мы теперь друзья. Я забочусь о своих друзьях, - и тебе лучше оценить, что это ставит под угрозу срыва весь мой план.

- Будь осторожен, - произнося это, Татибана взглянул на свою ногу. – Он опаснее, чем кажется, и не имеет понятий о честной игре. Но он ведь всего лишь второй одиночный?

- С Санадой придется иметь дело Этидзэну, - лишь с легким намеком на горечь в голосе объяснил Фудзи.

- Этидзэну? Разумно ли это?

- Тэдзука считает, что он справится. У меня… есть сомнения.

- Санада тут часто бывает. Их капитан лежит этажом ниже, но я ни с кем из них лично пока не разговаривал, - он снова взглянул на свою ногу. – По понятным причинам.

- Капитан Юкимура здесь? – спросил Фудзи. Если ему нужна информация о Риккае, возможно, это то, с чего стоит начать.

- Я спрашивал о нем медсестер. Он здесь далеко не на пару недель, но команда все время его навещает. Санада чаще всех.

Интересно. – Спасибо, Татибана. Думаю, мне пора домой, - он начал подниматься.

- Фудзи, - Татибана потянулся к столику за катушкой обмотки. – Держи. Мне она не скоро понадобится.

Фудзи приподнял бровь, но улыбнулся. Татибана хорошо его знал. Не так хорошо, как Тэдзука, но все же. Он принял катушку.

- Сделай его, Сюскэ, но будь очень осторожен, - предупредил Татибана. Фудзи кивнул, решив, учитывая обстоятельства, позволить обращение по имени, и вышел из палаты.

Значит, капитан Юкимура здесь. Фудзи решил, что никому не повредит, если он взглянет, где тот лежит, и, возможно, перекинется парой слов, как с коллегой-теннисистом. Войдя в лифт, тэнсай нажал кнопку пятого этажа, но, едва раскрылись двери, увидел в холле две фигуры: высокий, мужественного вида парень в надвинутой на глаза бейсболке катил перед собой инвалидную коляску с сидящим в ней тонким, измученным юношей с голубовато-фиолетовыми волосами.

Они направлялись прямиком к лифту, и не желавший рисковать быть узнанным Фудзи быстро повернул в противоположную сторону. Прошло немало времени с тех пор, как Сэйгаку последний раз играли с Риккайдаем, но и Санада, и Юкимура оба обладали сверхъестественной проницательностью. Фудзи отошел на несколько шагов в сторону, пряча лицо за прядями волос, и встал перед закрытой дверью, сделав вид, что ждет приема.

- Знаешь, тебе не обязательно приходить каждый день, - сказал Юкимура, пока они дожидались уехавший лифт. Он повернул голову, чтобы взглянуть на Санаду, чей ответ был слишком тихим, чтобы Фудзи мог его расслышать. Ладонь капитана Риккая легла поверх руки Санады. – Но… я очень рад, что ты это делаешь.

Фудзи обратил внимание на жест Санады, взявшего руку Юкимуры в свою и, прежде чем подъехал лифт, мягко, почти незаметно ее сжавшего.
Когда двери лифта за ними закрылись, на лицо Фудзи вернулась улыбка. Значит, и у Императора есть слабости. Теперь только оставалось понять, как это можно использовать.

«Грустное зрелище», - думал он. Не удивительно, что Риккайдай так хочет выиграть. Не удивительно, что Санада готов позволить своим игрокам пойти на что угодно, чтобы выиграть состязание. Если бы они поменялись ролями, и это Тэдзука лежал здесь в ожидании операции, которая могла стоить ему жизни, Фудзи, скорее всего, сделал бы то же самое. У них было серьезное основание для борьбы, и они действительно хотели выиграть чемпионат.

Но к их несчастью, Фудзи хотел этого больше.

2009-08-20 в 23:44 

mind your head
Глава 10

– Инуи-сэмпай, ты по-прежнему слишком много думаешь, – разочарованно вздохнул Кайдо. Хотя Инуи позаботился, чтобы корты были в их распоряжении в любое время, когда им понадобится (Ойси при этом позволил себе лишь самый вежливый смешок), и они после игры с Роккаку дважды в неделю тренировались вдвоем, Инуи до сих пор не мог понять, чего Кайдо пытается от него добиться.

– Кайдо, наверное, мне лучше просмотреть данные на самого себя. Там может найтись…

– Ты обещал, что не станешь открывать тетрадь, – сурово отозвался Кайдо, сдерживая раздраженное шипение. На каждой тренировке Инуи-сэмпай заводил речь о своей тетради, которую Кайдо запретил ему трогать. Как он научится чувствовать, где приземлится бросок, если будет знать это заранее? Несмотря на все свои усилия, Кайдо видел, что учитель из него никудышный, и чувствовал себя виноватым. Инуи-сэмпай столько для него сделал, а он не мог научить его даже такой простой и естественной вещи. Но Инуи-сэмпай как будто отключил себе эту часть мозга, однажды решив, что на инстинкты полагаться нельзя.

И, разумеется, тот факт, что Инуи-сэмпай помнил все данные Кайдо наизусть, и поэтому, чтобы вычислить его удары, ему даже не требовалась тетрадь, только усложнял задачу. Обычно Кайдо это льстило, но сейчас только раздражало.

– Мне кажется, твое представление об инстинктах слишком узко, – продолжал Инуи. – Я и так знаю, куда попадет почти любой твой удар. Разве это не то же самое, что инстинкт?

– Нет, Инуи-сэмпай. Между тем, чтобы знать, куда приземлятся удары, и тем, чтобы их чувствовать, большая разница. Вот почему ты можешь отбить не любой мой удар, а всего лишь почти любой.

– Те, которые я пропускаю, я смогу отбить, если дополнительно накачаю квадрицепсы…

– Фшшш, – Кайдо все-таки не удержался и зашипел. Инуи-сэмпая это заденет, но он уж либо зашипит, либо совсем взорвется. Может быть, если бы Инуи-сэмпай играл с закрытыми глазами…

Кайдо обдумал эту мысль. – Сэмпай, ты можешь видеть без очков?

Инуи приподнял бровь. – Не очень. Предметы расплываются, а пространственное восприятие ухудшается на 45%. А что?

Кайдо подошел к сетке и протянул руки к лицу своего сэмпая.

Инуи отошел на шаг. – Кайдо, что ты де…

– Просто доверься мне, – эта фраза подействовала. Инуи замер, но позволил Кайдо осторожно стянуть с себя очки – хотя многие верили, что они приросли к нему намертво. Кайдо не удержался и, сделав шаг назад, затаил дыхание. Он всегда считал Инуи привлекательным, но не так, как, например, многие, он знал, считают привлекательными Тэдзуку или Фудзи. В Инуи-сэмпае было чувство собственного достоинства – черта, к которой Кайдо всегда тянуло. А без очков лицо Инуи-сэмпая, сохранив то же достоинство, оказалось поразительно красивым. Кайдо отчаянно надеялся, что зрение у Инуи достаточно плохое, и яркий румянец на его щеках останется незамеченным.

Единственной его связной мыслью было: «Они зеленые. Никогда не думал, что они у него зеленые».

– Что-то не так? – как-то нервно спросил Инуи-сэмпай. Кайдо захотелось узнать, сколько еще человек видели его без очков, но тут же немедленно решил, что больше никто его таким видеть не должен.

– Все нормально, сэмпай. Просто сыграй сейчас со мной. Теперь твои данные не будут основываться на зрении, так ведь? Тебе придется играть на инстинктах, – Кайдо благоговейно положил очки на куртку Инуи, лежавшую за пределами корта.

Инуи-сэмпай улыбнулся почти потрясенно. Кайдо почувствовал прилив гордости и снова покраснел. Подача. Нужно подавать.

Благодаря тренировкам с Инуи-сэмпаем Кайдо теперь знал гораздо больше о собственных привычках. Например, что в первом гейме он любит подавать мяч с силой на десять процентов большей, чем необходимо. В этот раз он удержался и послал очень слабую подачу. Инуи-сэмпай ее отбил, но, по-видимому, при этом рассчитывал на более сильное сопротивление мяча – тот улетел далеко за пределы корта. Кайдо сообщил об ауте.

Инуи нахмурился – очевидно, потому, что не мог видеть точное расстояние и использовать его для расчета следующего удара. Пожалуй, это и вправду может сработать.

– Не старайся слишком анализировать, сэмпай. Ты знаешь мой стиль достаточно хорошо, просто отбивай.

Кайдо снова послал подачу, на этот раз более привычной силы. Они начали перебрасываться мячом. Однако движения Инуи были нерешительнее обычного. В шагах не хватало плавности, замахи были дергаными. Природных инстинктов в нем, кажется, стало еще меньше, чем когда-либо. Кайдо легко выиграл первый гейм.

– Кайдо, я не уверен, что из этого что-то выйдет. Так я не могу моделировать требуемую тактику в возникающих ситуациях…

– Не надевай очки, – приказал Кайдо. Ко всему прочему, ему попросту не хотелось, чтобы глаза Инуи-сэмпая снова спрятались за очками. Инуи уговорил его по три раза в неделю тренироваться в реке голым по пояс – так что хотя бы один матч с ним без очков он заслужил.

Во втором гейме Инуи-сэмпай вполне прилично отбивал обычные удары, но если Кайдо бил Snake, то далеко промахивался. Кайдо победил со счетом 60–15.

В третьем Инуи-сэмпай отбил половину снейков, хотя один из них в аут.

В четвертом он сумел отбить Boomerang на поле для одиночных.

Пятый сет Инуи выиграл 60–40.

Кайдо чувствовал странную гордость за себя и за своего сэмпая. Очевидно, что Инуи-сэмпай не был таким уж холодным тактиком, каким считали его окружающие. Он понимал теннис. Понимал по-настоящему – так, как Кайдо лишь едва начал постигать, и сам Кайдо знал это. Когда он отточит еще и инстинкты, даже капитану придется нелегко.

– На сегодня хватит, сэмпай. Уже поздно.

– Ага, – к разочарованию Кайдо Инуи прежде всего торопливо водрузил очки обратно. Может, стоило сказать Инуи-сэмпаю, что без очков он красивее, но второклассник боялся, что будет при этом выглядеть, как те девчонки, которые ему твердили, какой он «милый» без банданы. От одной только мысли об этом Кайдо мысленно зашипел.

Вернув очки на место, Инуи расслабился. – Кажется, я начинаю понимать, чего ты стараешься достичь. Это довольно… необычно.

Кайдо кивнул. – Если до финала мы хорошенько потренируемся, ты сможешь довести эту технику до совершенства.

На слове «финал» Инуи замер, так и не застегнув до конца молнию сумки. – Кайдо… Насчет матча с Риккайдаем…

Черт, только не это. Со времен матча с Хётэем Инуи-сэмпай терял самообладание всякий раз, когда речь заходила об игре в паре.

– Ты не хочешь играть со мной.

– Не в этом дело, – поспешно ответил Инуи и выпрямился. – Просто я нужен в одиночных. У меня самые большие шансы победить их третьего одиночного. Из остальных наших игроков никто не знает его достаточно хорошо…

– Это он на той фотографии? – Кайдо нахмурился. Он видел снимок, когда был у Инуи-сэмпая в комнате. Инуи – младше и жизнерадостнее, чем сейчас, – держал кубок вместе с довольно странным мальчиком с закрытыми глазами. На вопрос Кайдо Инуи-сэмпай ответил только, что это его бывший партнер по парным. Кайдо хватило смелости расспросить Фудзи-сэмпая, и тот рассказал ему немного больше о том, как распалась их пара, и о том, какое место Янаги Рэндзи теперь занимает в Риккайдае, но даже тэнсай не был в курсе тех подробностей, которые тревожили Кайдо. Тема бывшего партнера всегда вызывала у Инуи-сэмпая неловкость, и до сих пор Кайдо ее избегал. Однако если проблема заключалась в этом, он имел право знать.

Вопрос застал Инуи-сэмпая врасплох. – Д-д-да, но дело не в…

– Фшшшш.

– Кайдо…

– Инуи-сэмпай, ты можешь играть, против кого хочешь, – Кайдо старался, чтобы голос оставался резким и спокойным. Все их тренировки. Весь общий труд. Сегодняшний прорыв. И Инуи-сэмпай все равно собирается бросить это ради того, чтобы сыграть со своим бывшим партнером. Кайдо не собирался просто стоять и ждать, когда Инуи-сэмпай на что-нибудь решится. – Я могу снова сыграть с Момосиро, если нужно…

– Кайдо, мне необходимо сыграть против Рэндзи. Почему, я пока не могу объяснить, даже самому себе не могу. Это.. не то, что можно проанализировать. Это…

– …инстинкт, – закончил за него Кайдо. Он повернулся и принялся собирать свои вещи, решив, что Инуи-сэмпаю выражения его лица в данный момент лучше не видеть.

– Может быть.

Так странно было слышать эту фразу от Инуи. Он верил в факты и статистику, а не в «может быть». – Я знаю, что мне нужно кое-что выяснить с ним до конца, Кайдо, и еще я знаю, что мои шансы на успех упадут до нуля, если я останусь… без тебя.

ЧТО? Кайдо повернулся к сэмпаю, не уверенный, что не ослышался. И даже если он расслышал верно, сама формулировка звучала странно.

– Кайдо, ты станешь учить меня дальше, по крайней мере, до финального матча?

Кайдо обдумал этот вопрос. Часть его хотела немедленно развернуться и оскорбленно уйти. Но другая его часть загорелась – это был бой, это был, по крайней мере, шанс. И когда они закончат подготовку, когда Инуи-сэмпай сумеет стереть из памяти свою детскую любовь, Кайдо заменит фото на его столе. Снимок, где они вдвоем держат кубок за победу в Национальном, прекрасно для этого подойдет.

Планы уже роились у Кайдо в голове, но Инуи-сэмпай все еще ждал его ответа

– Хай, сэмпай. Конечно, стану.

2009-08-20 в 23:44 

mind your head
Глава 11

- Нэ, Этидзэн. Разомнешься со мной?

Что за черт? За все пребывание Рёмы в Сэйгаку Фудзи-сэмпай никогда, ни единого разу не предлагал размяться с ним. После отъезда капитана Фудзи-сэмпай разминался с Кикумару-сэмпаем или с Кавамурой-сэмпаем. С ним никогда. С ним Фудзи-сэмпай по возможности старался даже не разговаривать. Значит, либо Фудзи-сэмпай что-то от него хочет, либо Рёма чем-то его разозлил. Рёма не представлял, чем мог его разозлить, учитывая, что капитана теперь здесь не было, но тем не менее…

- Сегодня я разминаюсь с Момо-сэмпаем, - ответил Этидзэн, надвигая кепку пониже.

- Дело в том, что у Момо и Таки-сана сегодня, по-моему, добавочная тренировка в паре, поэтому мы оба остались без обычных партнеров. Присоединишься ко мне?

Этидзэну не хотелось присоединяться к Фудзи-сэмпаю ни при каких обстоятельствах и особенно не тогда, когда Фудзи-сэмпай вот так ему улыбался. Но, похоже, выбора у него не было. Он вытащил из сумки одну из ракеток, чувствуя себя немного увереннее с чем-то в руке, и они пошли на один из дальних кортов, провожаемые недоумевающими взглядами. Игроки Сэйгаку не могли взять в толк, какие общие дела могут быть у этих двоих.

- Подавай ты, – предложил Фудзи.

- Ладно, - Этидзэн сделал обычную подачу, ведь они просто разминались. К тому же, раз Фудзи-сэмпай предложил ему подавать, значит, он хотел Twist Serve, так что именно поэтому Этидзэн его делать не собирался.

Тэнсай, видимо, почувствовав неприятие новичка, легко отбил мяч. Игра продолжалась, но ни одна из сторон не переходила в наступление. И тут Фудзи-сэмпай начал говорить.

- Нервничаешь перед финалом? – крученый удар.

- Нет, - Этидзэн отбил резаным.

- Ты видел, как играет Санада? – удар с лета.

- Я видел запись, - возврат.

- Сааа, Санада хорош, - свеча. - Но на записи он играет парные. Боюсь, по ней трудно оценить его настоящее мастерство в одиночном.

Свеча была явным вызовом. Видимо, разминка закончена, раз Фудзи начал провоцировать его на свои фирменные удары. Решив проверить эту теорию, Этидзэн ответил смэшем.

Элегантно исполненный Higuma Otoshii подтвердил его подозрения.

Фудзи выпрямился, поворачиваясь обратно к Этидзэну и доставая другой мяч из кармана.

– Так что, есть у тебя в запасе новые трюки? – подача. – Один из их игроков добывает сведения ничуть не хуже Инуи, так что можешь быть уверен, он уже знает твои теперешние способности, – резаный удар. - Советую преподнести ему сюрприз… а лучше пару-тройку, если потянешь, - удар слева.

Насупившийся Этидзэн отбил мяч – Спорт не для уловок… - черт.

Рука Фудзи-сэмпая уже взвилась в воздух. Этидзэн нырнул вперед в попытке предотвратить ожидаемый Tsubame Gaeshii, но был слишком далеко от сетки, чтобы поймать мяч до того, как тот ударится о землю и проскользит над кортом. Ничего себе разминка.

- Несомненно, - улыбнулся Фудзи, глядя, как Этидзэн с угрюмым видом достает мяч из кармана. – И Санада не из тех, кто их применяет. На твоем текущем уровне лучшее, на что можно надеяться, - его настолько развеселит твоя поза при выполнении Drive B, что он не сумеет на него ответить. Это может выиграть тебе очко.

Не всякий удар может смотреться, как Tsubame Gaeshii. Лично он, Этидзэн, считал, что Фудзи-сэмпай уделяет чуть больше внимания, чем нужно, тому, как развеваются его волосы во время ударов, и недостаточно - самому теннису. Drive B отлично срабатывает, и если Фудзи-сэмпай подаст укороченный, он с удовольствием это продемонстрирует. Рёма переложил ракетку в правую руку, готовясь…

- А он уже знает твои подачи во всех подробностях. Позволишь дать тебе совет?

Этидзэн фыркнул и опустил ракетку. Что бы Фудзи-сэмпай ни посоветовал, скорее всего, это окажется ловушкой, чтобы поставить его в неудобное положение и опозорить перед капитаном. – Зачем?

- Затем, что я твой сэмпай и хочу выиграть этот финал. Который, скорее всего, будет зависеть от тебя, - Фудзи подошел к сетке. Этидзэн нет. – Парные будут трудными. У Момо и Кайдо большой потенциал по отдельности, но нет никакой согласованности в командной игре. У Ойси, что бы он ни говорил, травма, и длительный матч его вымотает. А Инуи не сообщил мне шансы в своем собственном матче, а это всегда плохой признак.

- А как насчет вашего матча, Фудзи-сэмпай? – нахмурился Этидзэн.

Улыбка Фудзи растянулась в усмешку. – Я отказался от возможности сыграть с Санадой не для того, чтобы проиграть. Но всегда есть опасность, нельзя отрицать непредсказуемость Кирихары. Тем не менее, я сомневаюсь, что он сможет победить меня. И тогда я передам игру тебе.

Он открыл глаза. Рёма полагал выражение «острый, как кинжал, взгляд» явным преувеличением, но глаза Фудзи-сэмпая подходили именно под это определение. Стоять под этим взглядом – все равно что ощущать зазубренное лезвие ножа на своей коже. – Ты должен выиграть.

Раньше Рёма никогда не видел, чтобы Фудзи-сэмпай так беспокоился о выигрыше. Выигрыши или проигрыши, Фудзи, казалось, было все равно . Возможно, отсутствие Тэдзуки начало сказываться и на нем.

«И за что мне все эти страсти?» - Этидзэн мысленно вздохнул. – Я выиграю.

- Не выиграешь, если тебя так легко отвлечь, - продолжал Фудзи. – Санада будет провоцировать тебя. Он будет оскорблять твою гордость. Он будет оскорблять команду. Он может даже оскорблять Тэдзуку. Не позволяй этому отвлечь себя, - в интонациях Фудзи сквозил намек на то, что если Этидзэна отвлечет последнее из перечисленного, это повлечет за собой куда более серьезные последствия, чем просто проигранный матч. – Если ты попробуешь противостоять ему только силой или… уловками, то проиграешь.

Фудзи-сэмпай снова говорил так, как будто играл в кино. Рёме порядком поднадоела эта мелодрама, но он знал, что чем быстрее они отыграют все, что им полагается по сценарию Фудзи-сэмпая, тем быстрее он вернется к тренировке с более вменяемыми игроками. – Тогда что мне делать?

Еще одна усмешка. Прежде чем ответить, Фудзи подошел к краю корта отпить воды из бутылки. Этидзэн закатил глаза и пошел собирать свои вещи, предоставив Фудзи-сэмпаю самому решать, когда драматическая пауза достигнет приемлемой длины. Наконец, тэнсай ответил: – Ты сыграешь в его собственную игру. Сделаешь это с уважением и классом и, выбрав правильный момент, сможешь отвлечь его так же легко, как он сможет отвлечь тебя.

Поймав себя на том, что и впрямь заинтересовался, Рёма рассердился. Это все просто глупо. – Момент для чего?

- Ты слышал о Юкимуре Сэити?

- Их капитане?

- Да. Сейчас он в больнице, и операция назначена примерно через неделю после финала. Его болезнь - очень чувствительная тема для команды, особенно для Санады, - Фудзи распрямился, глядя на Этидзэна сверху вниз широко раскрытыми глазами. – Не оскорбляй его, просто упомяни это имя, когда почувствуешь, что в беде. Если он отвлечется от игры, ты сможешь выиграть.

Рёму все еще беспокоило, почему Фудзи-сэмпай вообще что-то ему советует. Но в присутствии тэнсая разумнее было со всем соглашаться. Новичок кивнул.
Фудзи скептично кинул на него еще один острый взгляд. – Удачи, Этидзэн, - и тэнсай направился туда, где Инуи-сэмпай наблюдал за ними почти с начала их импровизированного матча.

- Эй, Этидзэн, ты чем там занимался? – бесцеремонно и громогласно вопросил Момосиро от калитки, ведущей на корты.

Рёма по привычке натянул кепку пониже. – Я не знаю. Разве ты не тренируешься опять с Кавамурой-сэмпаем?

Момо-сэмпай недоуменно заморгал. – С Такой-саном? Не собирался. Он спрашивал меня или что?

Рёма вздохнул. Он будет счастлив, когда капитан вернется и Фудзи-сэмпай перестанет вести себя, как сумасшедший. Ё-моё, это же всего лишь теннис. – Пойдем тренироваться, Момо-сэмпай.

***


- Думаю, должен предупредить тебя, что с 48-процентной вероятностью Санада придет в бешенство, просто услышав имя Юкимуры от Этидзэна.

- Есть предложения лучше?

- На данный момент нет.

- Тогда я намерен рискнуть.

2009-08-20 в 23:46 

mind your head
Глава 12

Утро финального матча выдалось холодным и серым.

Фудзи Сюскэ явился на корты в отвратительном настроении. Этидзэн наверняка не принял к сведению ни слова из того, что он говорил, в основном, потому, что говорил ему это именно он. И теперь Санада размажет новичка по корту. Единственный шанс – что Сэйгаку прорвутся в парных, и до первого одиночного дело не дойдет. Тэнсай надеялся, по крайней мере, на второй одиночный, чтобы было на ком выместить свой праведный гнев.

Этидзэн Рёма Фудзи-сэмпая, явившегося в отвратительном настроении, старательно избегал. Прихватив Понту, он устроился в тихом уголке позади Ойси-сэмпая, где, как он надеялся, можно будет подготовиться к матчу в относительной безопасности. Хотя к чему тут готовиться? Это просто теннис.

Инуи Садахару чувствовал, как слипаются глаза. Он полночи просидел над своими старыми заметками по Рэндзи, отложив ради этого тренировочный матч с Кайдо. Он понимал, что этот поступок губительно скажется и на его здоровье, и на его личной жизни, но иначе поступить не мог. Ответ на его нынешние тревоги наверняка скрыт где-то в старой тетради, записан в резервную копию на дискете. Решение должно быть там – просто он не смог его разыскать.

Кайдо Каору, стоя поодаль от остальной команды, шипел себе под нос. С Инуи-сэмпаем, отменившим две последних тренировки, о которых тот сам же просил, он не разговаривал. И покуда Инуи-сэмпай не избавится от своей навязчивой мании по отношению к теннисным партнерам своего детства, он с ним разговаривать не будет.

Атобэ Кэйго решил не удостаивать своим присутствием матч Сэйгаку против Риккайдая. Во-первых, в одиннадцать у него был маникюр. Во-вторых, он не стремился лично увидеть провал того, что по идее должно было стать звездным моментом исполнения его замысла. Санаду никакими деньгами не подкупить, так что теперь, ко всему прочему, Фудзи невзлюбит его пуще прежнего. Он напомнил себе усилить охрану.

Акутагава Дзиро проспал. Из всех участников пари он был единственным, кому нравилось дремать под голос симпатичной ведущей ночного ТВ канала, поэтому он слышал прогноз погоды и знал, что примерно за час до начала матча на Токио обрушится страшный ливень.

***

Тэдзука раздумывал, стоит ли звонить Фудзи. Во-первых, счета за роуминг при звонках из Германии и так были безумными. Во-вторых, в Японии был уже поздний вечер, а назавтра должен был состояться матч с Риккаем, и Фудзи, должно быть, уже спит. Но важнее было то, что уже несколько недель Тэдзука не получал фотографий, а это означало, что, вероятно, Фудзи пытается что-то от него скрыть. Тэдзука знал, что в тренировочном лагере Сэйгаку играли с Хётэем – если Фудзи хотел что-нибудь подстроить, у него был для этого прекрасный шанс. Когда он разговаривал с Атобэ о матче с Этидзэном, то подумал было спросить его самого, но это наверняка привело бы к дальнейшим ехидным инсинуациям. Да и, откровенно говоря, Атобэ и так вел себя довольно странно.

Правда заключалась в том, что Тэдзука сомневался, стоило ли назначать Этидзэна на первый одиночный, но придумать иной возможности заставить новичка совершенствоваться не мог. Санада вынудит его продвинуться гораздо дальше, чем он со своей больной рукой. Ради победы Этидзэну придется развивать сам стиль игры, а это будет всем на пользу. Если он проиграет, Сэйгаку все равно пройдут на Национальный, а Этидзену придется осознать, что он пока не самый великий в мире теннисист. Такой урок Этидзену получить действительно стоит.

Он ожидал, что Атобэ выскажет про юного гения Сэйгаку примерно то же самое, но тот казался чуть ли не доволен ничейным результатом их матча. Напротив, Атобэ зашел настолько далеко, что мельком похвалил улучшившуюся игру Этидзэна, впрочем, утверждая, что в тай-брейке он бы выиграл. На этом они сменили тему – Тэдзука и Атобэ избегали обсуждать тай-брейки.

Потом Атобэ загадочно намекнул на некий подарок, который он отправит Тэдзуке, чтобы тот быстрее поправлялся, и повесил трубку. Он не упомянул, пытался ли Фудзи его убить и играл ли вообще. Что-то было не так, и как капитан он имел право знать, что именно. Он набрал номер.

– Тэдзука, – ответил Сюскэ. И от того счастья, которое зазвенело в его радостном голосе, Тэдзука моментально забыл, сколько денег стоит его услышать. – Вот это сюрприз. Как ты?

– Выздоравливаю, – это был стандартный ответ Тэдзуки на этот вопрос, чтобы не уточнять, как на самом деле медленно происходило выздоровление. Терапевт говорил, что улучшения стабильны, но он был обязан поправляться быстрее, чем просто стабильно. – Ничего, что я поздно звоню?

– Тэдзука, у нас здесь восемь вечера.

– Матч с Риккаем перенесен на завтрашний день. Ты должен сейчас отдыхать.

– А ты, значит, не должен сейчас звонить, но на этот раз я тебя прощаю, – довольную улыбку Фудзи было слышно на другом конце света. – Что за неотложное дело, раз ты решился на такой риск?

– Вы вчера играли с Хётэем.

– Саа, ну конечно. Тэдзука, я с Атобэ практически не разговаривал. Он, конечно, высказался насчет того, что нас спас только дождь, но мы оба были слишком заняты своими матчами. Плюс, ему пришлось разбираться с тем, что Кайдо довел одного из его игроков до сотрясения мозга.

– Что?

– Ага. У Кайдо с Инуи была небольшая ссора. Думаю, матч с Риккаем психологически на них давит. Ты должен поговорить с Инуи о его игре в паре.

– Нет.

– Но тебя он слушает, а мне не доверяет. К тому же, это ради всей команды.

Тэдзука мысленно вздохнул. Если Фудзи чего-то хочет, то будет его донимать, пока капитан не сдастся. Ему не хотелось беседовать с Инуи на тему личных отношений. Он и с Фудзи-то с трудом поднимал этот вопрос, так что поспешил сменить тему. – Посмотрим. Что-нибудь еще, что мне нужно знать?

Фудзи на секунду задумался. – Ойси еще не до конца залечил растяжение запястья, но он настаивает, что все равно будет играть в первом парном. Эйдзи за него беспокоится, но не хочет, чтобы Ойси беспокоился из-за того, что Эйдзи беспокоится, и так далее, и так далее. Я им пытаюсь помочь чем могу. У Момосиро улучшилась точность, но лучше бы ему не придумывать названия своим ударам. О, еще капитан Ямато передает привет.

– Только привет?

– На самом деле его точные слова были: «Передай ему привет и двадцать кругов за то, что увиливает от своих капитанских обязанностей, сбежав из страны».

– Ага, – вот это было куда больше похоже на их бывшего капитана.

– Ты их побежишь? – Сюскэ, кажется, эта мысль невероятно веселила.

– Возможно, – Тэдзука пожал плечами. После года под командованием Ямато у него выработался рефлекс. – А матч Этидзэна?

Сюскэ ответил не сразу. Этидзэн уже давно был довольно больной темой между двумя сильнейшими игроками Сэйгаку. Фудзи понимал, что Тэдзуке необходимо обеспечить успех Сэйгаку в будущем, но восторга от того, сколько Тэдзука тратит на это времени, не испытывал. – Атобэ играл с ним не так жестко, как с тобой, но Этидзэн все равно молодец. У него теперь новый прием, он при этом становится похож на очень сердитую летящую белку.

– Он еще юн. Научится, – эстетичному теннису нужно учиться долго… кому угодно кроме Фудзи. Тэдзука всегда ценил то, что тэнсай уделял особое внимание изяществу игры.

Фудзи вздохнул. – Зато противника, возможно, его вид приведет в замешательство.

– Лишь бы он побеждал. Он собирается победить?

– Наверное, – Фудзи поразмыслил над этим. – Перенос матча оказался очень кстати.

2009-08-20 в 23:46 

mind your head
Тэдзука нахмурился. – Почему?

– Секрет. Расскажу тебе, когда мы победим.

– Теперь уже «когда» мы победим.

– Тренировка в лагере была очень полезна. Если мы сумеем обойтись без травм, у нас есть шанс вообще избежать игры с Санадой.

– Кстати о травмах. Будь очень осторожен в игре с Кирихарой.

Тэдзука буквально видел, как Сюскэ наклоняет голову, словно ребенок, которому сказали внимательно смотреть по сторонам, прежде чем переходить пустынную сельскую дорогу. – Слушаюсь, капитан.

– Я серьезно, – он не на шутку рассердится, если Фудзи получит травму, мстя – и за кого же – за Татибану.

– Я тоже. Со мной все будет в порядке, но лучше я тебя сейчас отпущу. Такими темпами твои счета за телефон будут стоить столько же, сколько перелет домой, а тебе еще нужно позвонить Инуи.

– Фудзи, Инуи сам в состоянии разобраться со своими проблемами, – проворчал Тэдзука, массируя веки. От этой темы у него разболелась голова.

– И пока он с ними разбирается, Кайдо будет калечить всех, кто окажется в радиусе ста футов от его Boomerang Snake. А у Сэйгаку некого будет ставить на второй парный.

Фудзи был, конечно, прав. Когда Тэдзука принял на себя должность капитана, он еще не понимал, что это означало в том числе выступать в роли посредника во всех личных разборках в команде. Хоть кто-нибудь может просто играть в теннис? – Я скажу ему, чтобы он разобрался со своими делами.

– Спасибо. Надеюсь, этого будет достаточно, – победная ухмылка Сюскэ чувствовалась даже по телефону. Это бы раздражало, если бы это был не Фудзи, а кто-то другой. В последнее время Тэдзука что-то уже попривык к такой его улыбке. Необходимо побыстрее выяснить, что Фудзи затеял с Атобэ, чтобы отыграться за сегодняшнее. Сюскэ между тем продолжал: – Я сегодня отправлю почтой еще несколько фотографий из тренировочного лагеря для ускорения твоего выздоровления.

Тэдзука молчал несколько секунд (стоивших по меньшей мере 500 иен), обдумывая, задавать или нет следующий вопрос. – Там будут снимки твоего матча?

Он почувствовал, что Сюскэ на том конце провода лучезарно улыбнулся. – Нет. А что? Ты забыл, как я выгляжу?

– Ты прекрасно знаешь, что это не так.

– Тогда они тебе не нужны.

Значит, Фудзи хотел, чтобы он выдал себя и сам попросил фотографию. Нет уж. Хватит с него на сегодня его манипуляций.

– Не беспокойся. У меня для тебя запланирован приятный сюрприз, – прибавил Фудзи.

– Эти два понятия не совместимы друг с другом.

Ответная усмешка Фудзи тоже была тревожно знакомой. – Возвращайся поскорее, Тэдзука.

– Да. Будь осторожен в матче.

– Буду. Ну, пока, – Фудзи повесил трубку.

Что ж, времени и денег на разговор было потрачено немало, а о планах Фудзи он так ничего и не узнал. Впрочем, Атобэ чувствовал себя достаточно хорошо, чтобы говорить по телефону, Этидзэн продолжал совершенствоваться, а одно сотрясение мозга за всю совместную тренировку с Хётэем – не самая страшная травма в Сэйгаку за этот сезон. Впрочем, с Инуи о его партнере по парным поговорить придется. Несмотря на то, что это будет крайне неудобно.

***


– Эй, Атобэ? Зачем нам нужно тренироваться именно здесь? – уже не в первый раз за день простонал Сисидо. Дзиро был с ним согласен – в Хётэе и корты лучше, и душевые, и до них не требовалось ехать на автобусе. Открытый стадион, где они сегодня играли, хоть и был местом проведения большинства юниорских турниров, достоинствами их академии не страдал. Но Дзиро хватало ума не ныть на эту тему в присутствии капитана.

– Орэ-сама объяснил достаточно, – ответил Атобэ. – Если тебе не нравятся корты, можешь отправляться знакомиться с окрестностями. Скажем, пятнадцать кругов?

Не прекращая стонать, Сисидо отправился бегать штрафные круги.

– Отори.

– Да, капитан! – второклассник встал по стойке «смирно».

– Твой удар слева небрежен. Пятнадцать кругов.

– Д-да, капитан, – Отори понесся следом за своим парным партнером.

Сам Атобэ тем временем развалился на скамейке рядом с Дзиро, наблюдая, как тренируется остальная команда. – Это его заткнет хоть ненадолго? – спросил он. Атобэ всегда знал, когда Дзиро спит по-настоящему, а когда просто дремлет, вполглаза наблюдая за окружающим миром.

Дзиро зевнул. – Ненадолго. Впрочем, не жди, что они оба скоро вернутся.

Атобэ закатил глаза.

– Зачем мы здесь на самом деле?

– Орэ-сама тебе говорил. Если местом проведения Национального Чемпионата будет Канто, проходить он будет именно здесь. А Канто его местом проведения будет обязательно. Мы должны познакомиться с кортами.

Дзиро потянулся и перевернулся на бок, чтобы никто не видел, что он разговаривает. К тому же, в такой позе можно было подложить рюкзак под шишку на голове. Да, тот матч с Кайдо-куном был сугой. – А то, что мы не прошли на Национальный…

– Мы на него попадем, Дзиро. Не сомневайся в могуществе орэ-сама.

«Или в банковском счете его родителей», – мысленно добавил Дзиро. – Но почему мы здесь тренируемся именно сегодня. Разве здесь не будет проводиться региональный финал?

– Сегодня наиболее удобный день для орэ-сама, – Атобэ ухмыльнулся и эффектным жестом отбросил волосы. – Турнир с тем же успехом проведут и завтра.

Дзиро снова повернулся, чтобы взглянуть Атобэ в глаза. – Значит, пари решится завтра.

– Да.

– И ты планируешь выиграть?

– Естественно.

– И Фудзи-кун больше не будет на тебя злиться?

– Это и в его интересах.

– А к переносу тренировки сюда это имеет отношение…

– Дзиро, орэ-сама пока не может раскрыть тебе все сюрпризы. Просто наблюдай за шоу.

Было у Дзиро одно очень сильное подозрение, в чем причина переноса тренировки сюда, и с неизбежным возвращением Хётэя на Национальный оно ничего общего не имело. Но раз Атобэ желает всех удивить, можно подождать до завтра. Так что он лишь попытался выговорить «ага», но окружающий мир растворился в широком зевке. Он еще немного вытянулся на скамейке, подвинувшись под этим предлогом поближе к Атобэ. Капитан рассеянно погладил его по волосам. Теннисная тренировка – замечательнейшая вещь, когда Атобэ в достаточно хорошем настроении, чтобы позволить Дзиро проспать ее целиком.

Последнее, что он слышал, засыпая, был крик Атобэ: – Сисидо, Отори, этот круг вы бежали в два раза дольше, чем нужно. Или следующий вы бежите быстрее, или я назначаю вам дополнительные.

2009-09-05 в 20:27 

mind your head
Глава 13

Заняв место в автобусе, Инуи недоверчиво уставился на свой сотовый. Тэдзука звонит ему? Они, конечно, друзья, но не настолько близкие чтобы платить за звонки на другой конец света. Если у Тэдзуки было что сказать команде, он обычно посылал текстовое сообщение Ойси. К тому же в Германии было за полночь. Вероятность такого звонка составляла менее десяти процентов.

Одолеваемый сомнениями, Инуи нажал на прием.

- Ты играешь одиночный против Риккая, - начал Тэдзука, по обыкновению сразу переходя к сути дела.

- Да.

- Инуи, три месяца назад ты говорил мне, как важно для Сэйгаку найти вторую команду для парных. Ты заявил, что посвятишь себя ее созданию. Ты занялся дополнительными тренировками. Ты разработал индивидуальные программы для себя и Кайдо. Ты целую тетрадь исписал приемами Ойси и Кикумару. И почему, после всей проделанной работы, ты играешь одиночный?

- Согласно данным, я единственный игрок, у которого есть шанс победить в третьем одиночном. Фудзи и Этидзэн уже…

- Момосиро и Кавамура оба способны достойно сыграть в третьем одиночном. Предполагалось, что ты обеспечиваешь вторые парные. Почему ты передумал?

- Тэдзука, ни у Момосиро, ни у Таки-сана нет таких аналитических способностей, как у Рэндзи…

- Янаги Рэндзи?

Черт. Тэдзука знает. – Ну… да, но дело не в том, что…

- Инуи, - таким голосом Тэдзука обычно назначал штрафные круги. – Ты должен немедленно определиться со своими приоритетами. Я не возражаю, если ты снова хочешь играть одиночные, хоть и согласен, что Сэйгаку нужна сильная вторая пара. В любом случае, ты должен принять решение и сообщить его Кайдо. В ближайшее время. Твои колебания препятствуют прогрессу команды.

Инуи выпрямил спину. Легко Тэдзуке такое говорить, ведь между ним и Фудзи два континента. – Я твердо намерен возобновить парные тренировки после матча с Риккаем. Это стратегический ход и не более.

- И Кайдо согласен с этой стратегией?

- Кайдо… принял ее.

Судя по суровой тишине в телефонной трубке, Тэдзука ждал, пока Инуи сам признает, что неправ.

- Кайдо понимает, что я должен победить Рэндзи, - попытался оправдаться Инуи.

По-прежнему тишина.

- Он готов сделать все необходимое ради общей победы.

Все еще тишина.

- Ну и что, по-твоему, мне надо делать? – наконец вздохнул Инуи.

- По-моему, ты должен привести в порядок свою личную жизнь. От твоего партнера по парным будет сплошная головная боль – в прямом смысле – пока ты с этим не разберешься.

- О? А что ты делаешь по поводу той головной боли, которую Фудзи… - Проклятье. Разговор о Кайдо и Рэндзи заставил его утратить бдительность.

- Что?

Скорее замаскировать. – Просто ты должен понимать мою ситуацию. Что бы ты сделал, если бы это Фудзи… так же болезненно реагировал.

- Что натворил Фудзи?

- Я гипотетически…

- Он втянул тебя в свои интриги, так?

- Мы говорим не о Фудзи.

- Ты первый его упомянул. Рассказывай.

Если он сейчас не отвлечет внимание Тэдзуки, то ему придется выложить все, что знает. – Сначала ответь на мой вопрос.

Тэдзука вздохнул. Теперь тишина стала задумчивой. – Инуи, я собираюсь рассказать тебе кое-что потому, что считаю тебя другом и верю, что ты сохранишь это в тайне.

Брови Инуи поползли вверх.

- Это означает – закрой тетрадь, Инуи.

- Конечно, - слегка разочарованный, тот закрыл уже распахнутую тетрадь.

- Убери ее.

- Хай, - Инуи засунул ее рюкзак. - Убрал.

Тэдзука собирается с духом перед разговором, значит, наверняка это будут ценные данные. У Инуи чесались руки достать тетрадь обратно, но совесть не позволяла. – Честно говоря, у нас было слишком мало времени, чтобы я мог ответить на этот вопрос. Фудзи и я, мы не были по-настоящему… - тут капитан вдохнул, готовя себя к следующему слову, - вместе, пока до моего отъезда не осталось три дня.

Возможно, оно и к лучшему, что Инуи больше не держал тетрадь в руках. Он наверняка уронил бы ее на довольно антисанитарный на вид пол автобуса.

- Но по моим данным Фудзи…

- Фудзи пытался. Он заставил многих в это поверить, но я отказывал ему, пока не узнал о своем отъезде.

- Почему? – Инуи всегда считал их самой логичной парой в Сэйгаку: двое самых сильных игроков, диаметрально противоположные личности, которые, казалось, удачно дополняют друг друга. На бумаге это было почти идеально.

- Хочешь, чтобы я тебе это анализировал? Фудзи хитрый манипулятор, мой друг, товарищ по команде, соперник и к тому же парень... что может привести к массе проблем. Это было слишком рискованно.

- Тогда почему ты рискнул? – Инуи вцепился в сиденье, чтобы не дать себе разорвать в клочья рюкзак, добираясь до тетради.

Снова тяжелая тишина. – Тянуть дальше было нельзя. И я уезжал, что, как думал, отсрочит головную боль из-за выяснения отношений до моего возвращения. Очевидно, я заблуждался.

- Ты бы назвал свои чувства к Фудзи… инстинктивными?

- Что?

- Нет, ничего, - Инуи поправил очки. Даже без тетради он легко соскальзывал в модус добывания сведений. – Ты жалеешь о своем решении?

Мгновение Тэдзука обдумывал эту мысль, потом ответил: – Нет.

Произнесено это слово было очень веско. Оно ничего не объясняло, но указывало, что тема обсуждению не подлежит. Хотя бы раз Инуи хотел быть настолько уверенным в своих чувствах. Он мог быть уверен в цифрах, в статистике, в теннисе… почему же не в чем-то настолько присущем любому человеку, как чувства? Тэдзука продолжал: – Итак, ты все знаешь. Теперь расскажи, что Фудзи затеял против Атобэ?

- Я сейчас в автобусе, Тэдзука. Тут плохо ловится…

- Инуи, ты лучше всех знаешь, на что способен Фудзи, если считает, что восстанавливает справедливость. Лучше расскажи мне, пока никто не пострадал.

- Я мало что знаю, честно. Он что-то затеял, но скрывает детали. Я наверняка не в курсе и пятидесяти процентов настоящей интриги.

- Тогда расскажи мне свои пятьдесят процентов.

Тэдзука так просто не отстанет. Инуи попытался определить, какой объем информации он может выдать, не навлекая на себя гнева ни Тэдзуки, ни Фудзи. – Он и Атобэ играют друг с другом в какую-то игру. Я не могу тебе больше ничего сказать, Тэдзука, пожалуйста, пойми. Честно, не представляю, чего именно они оба добиваются.

- Атобэ сам этому способствует?

- Похоже на то.

Тэдзука испустил очередной тяжелый вздох. – Вот что я имел в виду под головной болью. Сообщи мне, если понадобится это прекратить.

- Конечно.

- И прими решение насчет Кайдо. Откладывать его – неэффективное решение вопроса.

- Ага. Мой автобус подходит к остановке. Я поговорю с ним до турнира. Пока.

Тэдзука отключился, как раз когда автобус заскрипел тормозами, останавливаясь. По дороге от остановки до теннисных кортов Инуи настраивал себя на окончательный разговор. Тэдзука был прав. Он проявил нерешительность. Он мог определить, в какую сторону возвращать смэш при матч-пойнте, за одну шестнадцатую секунды. У него было достаточно времени, чтобы принять решение насчет своей игры в парных и отношений с Кайдо. Он уже знал ответ. Осталось только довести его до сведения Кайдо и размазать Рэндзи по корту. Это должно быть несложно.

По крайней мере, это было бы несложно, если бы не загадочное отсутствие Кайдо на регистрации.

2009-09-05 в 20:27 

mind your head
Глава 14

Фудзи редко разогревался, играя со стенкой. Стены молчаливы, тверды и всегда возвращают удар, куда бы ты ни бил. Они напоминали ему Тэдзуку, и это расстраивало еще больше. Однако сегодня у него не было никакого желания фальшиво улыбаться друзьям и отчаянно хотелось тишины. Он методично отбивал мяч к стене, пока ритм не стал равномерным и почти гипнотическим.

Не день, а сплошное бедствие. Разумеется, планы Фудзи пострадали бы от полной победы Сэйгаку в парных, но абсолютное преимущество Риккайдая было гораздо хуже. Ему оставалось надеяться на Инуи, а тот был сейчас не в состоянии играть даже в пинг-понг, не говоря уж о теннисном матче за чемпионский титул. Ну надо же было Кайдо и Момо именно сегодня появиться вместе в таком виде, как будто их протащили по всей реке (Момо утверждал, что так оно и было, однако Кайдо отказывался подтвердить его историю). Когда Фудзи уходил разогреваться, Инуи судорожно просматривал свои записи по Янаги Рэндзи и всячески избегал Кайдо.

Обычно Фудзи не анализировал ситуацию с точки зрения статистики, но разглядеть ничтожность шансов был в состоянии. Если в ближайшее время не произойдет ничего судьбоносного, ему понадобится план Б. Проигрыш Инуи означал не только то, что он не сможет преподать Кирихаре урок, который тот в полной мере заслужил, но и то, что пари будет полностью аннулировано. Фудзи месяцами представлял себе лицо Атобэ, когда он всунет билеты на самолет обратно в его холеную, профессионально наманикюренную руку. Фудзи надеялся увидеть, что выражать оно будет неподдельный страх, предпочтительно с пикантной ноткой ужаса.

Конечно, шанс попасть в Германию был заманчив, но есть и другие варианты. Если Инуи проиграет матч, можно позаимствовать одну из его тетрадей и продать копию в Сент-Рудольф. Но спонсорством Атобэ он пользоваться не собирается. Тот должен осознать в полной мере, до какой степени оскорбил тэнсая и что хрена с два он купит за деньги свою безопасность.

Тэдзука настаивал, чтобы Атобэ не пострадал. Фудзи резонно считал, что пара десятилетий хронической паранойи технически не относится к «повреждениям».

Но если Инуи не сумеет собраться, ему придется все начинать сначала. При таком развитии событий Тэдзука вернется раньше, чем он найдет еще одну лазейку в капитанской анти-вендеттной политике.

- Эй, Фудзи-кун! – поймав мяч рукой, Фудзи повернулся и приподнял бровь при виде мчавшейся к нему шумной рыжей копны волос. Дзиро остановился на безопасном расстоянии от тренировочной зоны, но, похоже, и восьми секунд не мог спокойно постоять на месте. Даже разговаривая, он прыгал с одной ноги на другую.

- Акутагава-кун. Атобэ с тобой?

- Не, нас отвезла мама Хиёси. Атобэ сказал, что заскочит, если случится что-нибудь интересное. Знаешь, как он любит произвести впечатление своим появлением.

Это тянуло на преуменьшение года. Вид у Дзиро был самый что ни на есть невинный, но его неожиданное появление вряд ли было случайным стечением обстоятельств.

– Ты разогреваешься перед матчем? Я с тобой сыграю!

- Спасибо, но мне пока и так хорошо, - Фудзи снова послал подачу к стене, но к его изумлению Дзиро внезапно оказался на корте, споткнулся о собственную ногу и прекрасно отбил мяч на лету так, что тот, ударившись о стену, отлетел назад прямо над левым плечом тэнсая.

- А, гомэн! Не хотел его пропустить! – вскочив на ноги, Дзиро бросился к своему рюкзаку за новым мячом. – Давай поиграем немного? – Он послал мяч в стену.

Позабавленный этим, Фудзи вернул удар, и вскоре они уже затеяли уникальную парную игру против бетона. Дзиро при этом не переставал болтать: - Ты видел матч Маруи-куна? Правда ведь его мяч-канатоходец просто сугой? Хотя с вашей точки зрения, наверное, нет… я пытался понять, как это делается, но не могу так закрутить, чтобы он упал на сторону противника. А ты знаешь, как это сделать?

- Это не совсем мой стиль.

- Похоже на то. И не мой. Я слишком часто подкалываю Оситари, чтобы самому заимствовать чье-то чужое движение.

Фудзи не мог сдержать улыбки, несколько более искренней предыдущих. Вопреки всему, Дзиро ему нравился, по крайней мере, слегка. Самому себе он объяснил это тем, что надо иметь сердце такое же черное, как вывалянная в смоле форма Фудоминэ, чтобы Дзиро кому-то не нравился, по крайней мере, слегка. Однако это не повод ему доверять.

После нескольких отбитых с лета мячей Дзиро сменил тему. – Надеюсь, с Тэдзукой и вправду все будет в порядке?

Интересный вопрос. – Никогда бы не подумал, что услышу такой вопрос от игрока Хётэя.

- Я не пытаюсь уколоть или еще чего. Просто хочу знать, - отбитый мяч легко отлетел на сторону Фудзи.

Фудзи не хотелось отвечать, но ему стало любопытно, к чему ведет самый преданный Атобэ член его команды. – Тэдзука выздоравливает. Он будет в форме к началу Национального.

Дзиро с явным облегчением выдохнул. – Хвала небесам.

- Не думаю, что это такие уж хорошие новости для Хётэя.

- Но это значит, что Атобэ перестанет хандрить. Он никогда не признается, но он вправду переживает после того матча. Даже ни разу не хвастался своей победой.

«Естественно», - подумал Фудзи. Кому придет в голову хвастаться тем, что навлек на себя гнев тэнсая.

- Он действительно не собирался травмировать вашего капитана. Он думал, что тот сдастся.

- Что ж, он не слишком хорошо знает Тэдзуку, да? – удар Фудзи был немного сильнее, чем было нужно для разминки. Однако Дзиро его поймал.

- Не очень, - Дзиро засмеялся. – Но он хочет возместить ущерб. Хотя ты-то это знаешь, он же поэтому затеял это глупое пари.

Фудзи не знал, и его удивление выразилось в том, что отбитый мяч пролетел в полсантиметре от стены. Дзиро рванул за ним, поймав до того, как тот укатился слишком далеко. Возместить ущерб? Что это значит? Дзиро, видимо, потеряв нить разговора, подал мяч, и Фудзи молча отбил несколько подач.

Наконец, тэнсай спросил: - Как именно он планировал возместить ущерб Тэдзуке?

Дзиро недоуменно уставился на него, пропустил мяч и был вынужден кувыркнуться назад, чтобы поймать его. Поднявшись на ноги, он ответил: - Тобой, конечно. Ты же знаешь, что он хочет, чтобы ты выиграл пари, да?

- Конечно, - ответил Фудзи, снова подавая.

- Знаешь почему?

- Тэдзука упомянул о том, будто он думает, что я пытаюсь как-то навредить ему. Я решил, что он пытается это предотвратить.

Дзиро засмеялся. – Да, и это тоже. Однако, самое главное, он знает, что твое присутствие может помочь Тэдзуке быстрее поправиться. Но понимая, что денег от него ты не примешь, затеял пари.

Фудзи скептично отнесся к этой интерпретации. Атобэ не верил в неэгоистичные жесты. Атобэ не верил ничему, что не было отмечено печатью «эго». – Это он тебе рассказал?

- Не, мне пришлось догадываться самому, - Дзиро со смешком отбил ударом слева. – Атобэ терпеть не может признавать, что иногда он не такой уж и плохой.

- Если он не хотел, чтобы я об этом знал, почему ты мне это рассказываешь?

Несколько ударов спустя Дзиро ответил: – Просто я подумал, что если ты еще об этом не знаешь, то тебе стоит узнать. Атобэ не пытается подкупить тебя, и он хочет, чтобы с Тэдзукой все было хорошо. Не знаю, имеет ли это для тебя значение, но я подумал, что ты должен знать.

- Мм.

Они еще немного поиграли, пока Дзиро не объявил: - Перерыв почти закончен. Наверное, тебе надо возвращаться, если хочешь посмотреть матч Инуи-сана.

Фудзи поймал мяч. – Должно быть, ты прав. А сам будешь смотреть?

- Не, дата-теннис меня усыпляет. Мне сказать Отори-куну, чтобы он разбудил меня к твоему матчу? Ты что-нибудь будешь делать крутое?

- Вероятно. Непохоже, что Кирихара так легко отдаст мне матч. А мне надо его немного растянуть.

- Сугой! Тогда увидимся после игры. Атобэ, наверное, появится к последнему матчу, - Дзиро помахал рукой и поскакал обратно к трибуне, которую занимал наблюдающий за играми Хётэй.

Значит, даже у Атобэ есть кто-то искренне о нем заботящийся. Не то чтобы это совсем вычеркивало его из черного списка Фудзи, но это было... мило. И Атобэ тайком пытающийся делать добро… День полон сюрпризов. Так, глядишь, и Сэйгаку смогут отыграться. Фудзи направился обратно к кортам, чувствуя себя немного лучше.

2009-09-05 в 20:29 

mind your head
Глава 15

Было бы намного проще, если бы Рэндзи перестал называть его этим именем.

И было бы намного проще, если бы он заставил себя прекратить высматривать, рядом с кем стоит Кайдо (в данный момент ни с кем, но 35% времени он простоял рядом с Момосиро, то есть на 35% дольше, чем хотелось бы Инуи).

– 15−0!

«Сосредоточься», – приказал себе Инуи. Этот матч не из тех, что можно выиграть, не сконцентрировавшись полностью, а Рэндзи как раз собрался подавать. Очередная комбинация подачи с ударом с лёта. Инуи, дождавшись, когда вероятность того, что Рэндзи ударит перекрестным, достигнет 75%, побежал его отбивать.


…и Рэндзи послал прямой точно туда, где Инуи стоял до этого.

– 30−0!

В этом-то и состояла сложность этого матча. Инуи знал данные Рэндзи, а Рэндзи знал данные Инуи. И поэтому Инуи ловил себя на мыслях вроде: «Он ударит перекрестным, но он знает, что я знаю, что он ударит перекрестным, поэтому он может ударить прямым, чтобы сбить меня с толку, если только не рассчитывает, что я знаю, что он попытается сбить меня с толку…» Пользы от этого не было никакой. Дело было не в том, что он не мог предсказать удары Рэндзи, а в том, что он мог предсказать их даже слишком хорошо.

Единственным утешением было то, что Рэндзи, похоже, и сам был в том же положении. Инуи знал слабые места Рэндзи так же хорошо, как Рэндзи знал его собственные, и поэтому мог удерживать счет геймов примерно равным. Но шансы на победу стояли ровно на пятидесяти процентах. Если сейчас он не найдет способ усилить свою игру, то может проиграть. Сколько кругов Тэдзука назначит за проигрыш в игре, ради которой Инуи отказался от игры в паре, тем самым проиграв не один, а сразу два матча и региональный финал в целом? Если взять в расчет прежние данные и среднюю скорость Инуи, к нормальным теннисным тренировкам он вернется в лучшем случае перед окончанием колледжа.

Не говоря уже о том, что это разрушит планы Фудзи. Пусть Инуи и недоволен тем, что его, не спросив согласия, втянули в интриги, но это не значит, что он захочет навлечь на себя гнев тэнсая. Фудзи уже выработал иммунитет к его синему Аozu, так что понадобится не меньше месяца, чтобы разработать подходящую замену.

И еще Кайдо смотрит…

А Кайдо смотрит? Инуи машинально повернул голову, чтобы проверить.

40−0!

Черт, он не может вот так слить игру. Не Рэндзи. Не перед Кайдо. Инуи поправил очки, стараясь отключиться от добродушных подначек, которые то и дело кидал Рэндзи. Ему удалось отыграть пару очков, но потом Рэндзи приспособился к его манере и ударил смэш в противоположную часть корта.

– Гейм Риккайдай Фудзоку, Янаги! 5−4!

Инуи раздраженно зашагал к Рюдзаки-сенсей взять воды. Необходимо успокоиться. Необходимо прекратить проверять, с кем стоит Кайдо. Ему нужны его данные. Он схватил со скамейки тетрадь и торопливо пролистал потертые на сгибах страницы со статистикой по Рэндзи. Там был их последний матч, его анализ, счет незаконченной игры. Инуи отчаянно искал хоть что-нибудь, что может помочь…

…а потом краем глаза увидел, как морщится Кайдо.

«Что я делаю?»

Инуи бросил взгляд в сторону Рэндзи – тот точно так же склонился над своей собственной тетрадью. Все в этом матче казалось таким знакомым – но это не была приятная ностальгия, скорее ощущение мрачного, полузабытого сна. Стиль Рэндзи не поменялся ни на йоту с тех времен, когда они с Инуи выигрывали парные турниры. Все такой же четкий, чистый и ровный. Игра Рэндзи строилась на психологии, и особой физической силы ему для нее не требовалось. Инуи довелось на своей шкуре понять, что полагаться на одни только цифры – большая ошибка. Потеря места в постоянной команде из-за проигрыша двум кохаям стала уроком, забыть который было нелегко. Со времен тех внутрикомандных матчей его стиль тенниса существенно развился. И он знал, кого за это следует благодарить.

Еще один взгляд на Кайдо – тот больше не смотрел на корты. Все так же засунув руки в карманы, он уставился в землю.

А ведь Кайдо мог бы победить Рэндзи, осознал Инуи. Пусть Янаги был способен предсказать каждый удар Кайдо, в итоге он все равно бы проиграл из-за того, что, вымотавшись, не смог бы отбить мяч. Инуи каждый день наблюдал тренировки своего кохая, уменьшал ему тренировочные нормы вдвое, чтобы Кайдо не подорвал себе здоровье, ведь тот их непременно удваивал. В Кайдо были страсть и врожденный талант, и никакое, пусть самое тщательное, изучение его данных превзойти их не могло. У Рэндзи против него не было бы шансов.

И сейчас самое время это Кайдо доказать.

5−4. А ведь способ выиграть этот матч есть – и он очень прост. Инуи аккуратно опустил тетрадь на землю и прислонил ее к стойке, держащей сетку. – Данные теперь бесполезны, – пробормотал он так, чтобы его противник услышал, и надеясь на то, что Кайдо тоже его слышит. Он подошел к линии подачи и поправил очки. А потом зажмурился и постарался вспомнить, каково было играть без них. Инстинкт – так называл это Кайдо. Такой же хороший термин, как любой другой. Если бы он доверился инстинктам раньше, то мог бы избежать всех этих неприятностей. Ну что ж, теперь он может попытаться исправить положение хотя бы тем, что покажет, чего способен добиться с помощью своих настоящих инстинктов.

– Счет 5−4. Мы вернулись к тому, на чем остановились, Рэндзи. С этого момента данных на меня у тебя нет, – крикнул Инуи. Рэндзи, кажется, нахмурился, но Инуи больше на него не смотрел. Он видел лишь того единственного зрителя, чье внимание было ему сейчас необходимо.

Инуи замахнулся и послал подачу.

2009-09-05 в 20:29 

mind your head
***


Выражение абсолютного ужаса на лице Момосиро было для Кайдо настоящим сокровищем, и когда этот идиот в следующий раз начнет огрызаться, он ему обязательно припомнит.

Честно говоря, у Инуи-сэмпая не было никакого права злиться на Кайдо – тот охотно объяснит, по какой причине явился с опозданием, растрепанный и в компании Момосиро, как только они окажутся в менее людном месте. Инуи-сэмпаю следовало доверять ему, а не зарываться носом в свою проклятую тетрадь, так что у Кайдо было полное право развернуться и уйти, проигнорировав его матч.

Но матч этот был слишком важен – и для чемпионата, и для Инуи-сэмпая лично. Тем более, что в том, что под угрозой находился титул чемпионов Канто, была вина и самого Кайдо. С запястьем Ойси ничего поделать было нельзя, но если бы Кайдо был собраннее в собственном матче, то сумел бы прикрыть фиговую игру Момосиро в парных. Неожиданная спасательная миссия в реке извинением служить не могла. Вторые парные были под его ответственностью, и он облажался. Так что теперь он смотрел матч Инуи-сэмпая, и ни у кого не могло возникнуть вопроса, с чего он так заинтересован в его результате.

Да и кто бы смог отказаться посмотреть на то, как Инуи-сэмпай размазывает противника по корту с такими первобытными воплями, что у Момо челюсть лежит под скамейкой. Кайдо чувствовал иррациональную гордость, пусть даже от успехов Инуи в одиночной игре у него на душе скребли кошки.

– Кайдо, ты волнуешься? Я что-то пропустил в матче? Мне казалось, что Инуи наконец-то обеспечил себе победу.

От неожиданного появления Фудзи-сэмпая Кайдо невольно вздрогнул. Он машинально засунул руки поглубже в карманы и как бы невзначай отошел на пару шагов в сторону. Не то чтобы Кайдо не любил Фудзи, просто предпочитал, чтобы тот не стоял к нему чересчур близко, тем более когда рядом не было капитана, чтобы отслеживать, что задумал тэнсай.

– Нет, Фудзи-сэмпай. Инуи-сэмпай победит.

– Хорошо. Вначале я беспокоился, но теперь доверюсь твоему мнению.

Кайдо на секунду вопросительно покосился на Фудзи, но очередное очко, выигранное Инуи, вернуло внимание их обоих на корт. Фудзи-сэмпай в самом деле хотел узнать его мнение о матче? Большинство игроков Сэйгаку, включая Кайдо, пребывали под впечатлением, что Инуи и Фудзи знали исход любого матча еще до того, как соперники вступали на корт. Инуи-сэмпай использовал имеющиеся у него данные, что было достаточно понятно, но не всегда срабатывало. Фудзи-сэмпай, судя по всему, пользовался черной магией.

– Почему ты спросил мое мнение, сэмпай?

Фудзи улыбнулся так, что Кайдо почувствовал себя лабораторной крысой, делающей успехи в психологическом эксперименте.

– Потому что ты очень хорошо знаешь Инуи.

Змей снова перевел глаза на корт, где Инуи взял матч-пойнт, доведя счет до 6−5. Кайдо смотрел, как Инуи и Янаги меняются кортами, и жалел, что со злости встал слишком далеко от ограждения и поэтому не слышал, что они говорят друг другу. Впрочем, Инуи-сэмпай улыбался, и улыбка его была победной. Кайдо помнил, каким расстроенным было лицо Инуи-сэмпая, когда они проиграли Хётэю. Давно ли это было?

– Нет, не знаю.

Фудзи-сэмпай на это уже не улыбнулся, а попросту рассмеялся, пусть и вежливо. Кайдо зашипел на самого себя. У него должно было хватить ума не думать вслух в присутствии тэнсая.

– Извини, Кайдо. Просто… ты мне сейчас немножко напоминаешь меня самого.

Что? Если у всех членов команды искать что-то общее с Кайдо, Фудзи-сэмпай был бы в списке на предпоследнем месте. Строчкой выше придурка Момосиро (с которым у Кайдо ну вообще не могло быть ничего общего). Кайдо приподнял бровь.

– Когда я смотрел матч Тэдзуки, то думал в точности то же самое. Некоторых людей понять по-настоящему очень сложно, но это и забавно, нэ? Открытые натуры и вполовину не так интересны, – Фудзи снова сосредоточил внимание на игре. – Во всяком случае, ты знаешь его достаточно хорошо, чтобы прекрасно играть с ним в паре. Это очень мало кому удалось бы, учитывая его стиль.

«Если мы будем снова играть в паре», – подумал Кайдо, но вслух ничего не сказал, не отрывая глаз от Инуи-сэмпая. Этот гейм скорее всего станет последним. Наблюдение за Инуи давало ему возможность не обращать внимания на изучающий взгляд Фудзи.

– Саа, ты думаешь, что Инуи может вернуться в одиночные, так ведь?

Кайдо понимал, что если сейчас скажет хоть слово, то выдаст себя. Огромным усилием воли он заставил себя не покраснеть. Фудзи-сэмпай наверняка прекрасно знал, насколько тесно спаянную игровую пару он составлял с Инуи-сэмпаем, но все остальное его не касалось.

– А ты хочешь вернуться в одиночные, раз твой Boomerang более или менее доведен до ума?

Этот вопрос возникал и раньше. Кайдо смотрел, как Инуи-сэмпай снова подает – мяч немного напоминал снимок кометы, который Кайдо видел в учебнике. Нет, возвращаться в одиночные он не хотел, но и играть в паре с кем-то другим не хотел тоже. Он отрицательно покачал головой.

– Тогда тебе стоит присоединиться к нему на послеигровой пробежке. Мой матч обещает быть долгим, так что ты ничего не пропустишь. Мне кажется, что Инуи, избавившись от своей навязчивой идеи, захочет многое с тобой обсудить, – Фудзи-сэмпай похлопал Кайдо по плечу, взглянул на часы и пошел к своему месту рядом с Кикумару-сэмпаем.

Черная магия. Это единственное объяснение, откуда Фудзи-сэмпай все знает.

2009-09-05 в 20:29 

mind your head
Глава 16
Объявление результата игры доносилось до Инуи словно через километровый слой ваты. Матч закончился, но у него звенело в ушах, тело не слушалось. Кайдо испытывает то же самое каждую игру? Он приблизительно помнил, где стояли остальные игроки Сэйгаку, и побрел в ту сторону, однако никак не ожидал, что ему на спину запрыгнет Кикумару.

– Ятта, Инуи! Отличная игра! – заорал акробат, обхватив его рукой за шею.

Способность к связной речи у Инуи вернулась еще не полностью, но он мог видеть дружно поднятые вверх большие пальцы, мог слышать поздравления, выкрикиваемые всеми одновременно. Всеми, кроме Кайдо. Тот стоял в стороне от столпившихся вокруг Инуи, поздравляющих его товарищей. Инуи не отрывал от него взляда – остальные слились для него в единое сине-белое пятно.

– Нэ, Эйдзи. Давай в честь победы купим Инуи банку Понты, – предложил Фудзи.

Кикумару разжал захват. – Точно! И сами выпьем за его победу! – и они вдвоем сноровисто увели всю команду, кстати, так и не вспомнившую, что Инуи терпеть не может отвратительную подслащенную водичку, не имевшую питательной пользы и, возможно, служившую причиной маленького роста Этидзэна. Через несколько секунд они остались с Кайдо наедине.

Наступило неловкое молчание. Затем Кайдо тихо, не глядя на Инуи, произнес: – Хорошая игра, сэмпай.

– Да. Это было… необычно. Честно говоря, последние три гейма я почти не помню. Кажется, впервые в жизни вернулся с матча без новых данных. Ты всегда после игры чувствуешь себя таким же дезориентированным?

– Не всегда, – Кайдо не отрывал глаз от земли. – Ты многому научился. Даже Фудзи-сэмпай так думает.

– У меня был великолепный инструктор, – рискнул сказать Инуи, но Кайдо отмел эту фразу движением плеч. У Инуи свело желудок. В пылу сражения он как-то забыл, насколько по-свински вел себя в последнее время. И данных для подсчета шансов на то, что он сможет исправить ситуацию, не было.

Глубокий вдох. Данные ему больше не нужны. Для Кайдо – не нужны.

– Кайдо… – это слово, по крайней мере, заставило того поднять глаза на Инуи – потрясающие темные глаза за завесой волос. Инуи сглотнул. Он не успел ничего продумать заранее, но медлить больше было нельзя ни секунды. – Кайдо, я был ужасным парным партнером и еще гораздо худшим бойфрендом. Я не могу гарантировать на 100%, что такого больше никогда не повторится, но если ты позволишь, я хочу попытаться еще раз.

Прежде чем Кайдо ответил, прошло 7, 38 секунд. Для Инуи они тянулись почти как 14, 94.

А потом губы Кайдо изогнулись в намеке на улыбку. – Сэмпай, нам нужно начинать послеигровую пробежку.

Это не ответ. – Кайдо…

– Сэмпай, если ты не пробежишься, у тебя сведет судорогой ноги, и ты не сможешь тренироваться. А если ты не сможешь тренироваться, мы не сможем поработать над новой расстановкой, – Кайдо подал Инуи полотенце, и тот машинально взял, обрадованный тем, что Кайдо не убрал руку, что их пальцы слегка касаются друг друга. – И на пробежке на нас уже не будут смотреть несколько сотен людей.

В первый раз со времени окончания матча Инуи осознал, что хотя игроки Сэйгаку и оставили их вдвоем, трибуны были битком набиты зрителями, у многих из которых были с собой видеокамеры.

– Идем, сэмпай, – Кайдо побежал легкой рысцой. Инуи последовал за ним. Ойси с Кикумару, как правило, любили исчезать примерно через тридцать метров от кортов в районе питьевых фонтанчиков. Там, очевидно, и для Инуи найдется, где стереть эту ухмылку с лица Кайдо поцелуем. Или несколькими, если потребуется.

***

Ветер упрямо не желал дуть. Пока Атобэ и Фудзи подходили друг к другу с противоположных концов дорожки, у них не развевались, как полагается в драмах, волосы, не катилось мимо перекати-поле. Видимо, даже любимая стихия Фудзи сочла создавшуюся патовую ситуацию попросту дурацкой.

Лично Дзиро на такие вещи особого внимания не обращал и к тому же сильно устал. Матч с Маруи-куном его вымотал, а разминка с Фудзи добила окончательно. Игра Санады с Этидзэном оказалась не особо интересной – ни оригинальной, ни блестящей, просто очень, очень долгой. Дзиро искренне хотелось, чтобы Атобэ побыстрее закончил дела, и они смогли бы поехать домой.

Инуи, казалось, разделял его чувства. Он стоял на метр позади Фудзи и хмурился, явно желая поскорее оказаться в другом месте (Дзиро догадывался, где именно, потому что после его матча с Янаги дремал возле питьевых фонтанчиков). Но ни Фудзи, ни Атобэ прерывать драматическую паузу не желали.

Дзиро уже совсем было задремал, когда Атобэ наконец заговорил: – Орэ-сама был не в курсе, что у женушки Санады операция была назначена одновременно с матчем.

– Психологическое состояние Санады объектом договора не являлось, – парировал Фудзи. – Этидзэн победил.

– В самом деле, – Атобэ вздохнул и изящно пожал плечами. Из всех знакомых Дзиро один лишь Атобэ полагал, что пожатие плеч обязано быть красивым жестом. – Что ж, судя по всему, ты выиграл. Передай Тэдзуке мои наилучшие пожелания. Служащие орэ-сама позаботятся о билете.

Дзиро чуточку приоткрыл глаза, чтобы посмотреть на Фудзи. Если тэнсай заартачится, то сделает это сейчас. Дзиро сделал все от него зависящее, чтобы завоевать его сочувствие и понимание, но до сих пор не был уверен, что Фудзи позволит Атобэ решить дело миром. На тренировке он вел себя вежливо, но Фудзи всегда был вежлив. В данный момент он, кажется, собирался прожечь своим вежливым взглядом дырку у Атобэ в шее.

И тут Инуи произнес: – О билетах.

Все уставились на Инуи, рассеянно просматривающего содержание пари.

Первым опомнился Атобэ. – Прошу прощения?

– Нам потребуется девять штук.

– Девять? – Фудзи задышал медленно и размеренно. Кажется, плохой знак.

– Восемь для нас, но еще нам потребуется минимум один сопровождающий, чтобы родители разрешили поездку. Рюдзаки-сенсей, я уверен, будет рада отпуску.

Лицо Атобэ медленно приобретало красивый лиловый оттенок. Очень подходящий к одной из его рубашек.

– Инуи, о чем ты говоришь? – спросил Фудзи, натянуто улыбаясь.

– В последней версии договора ясно сказано, что в случае победы Этидзэна над Санадой в первом одиночном представитель Хётэя, а именно Атобэ Кейго, оплатит поездку для – я цитирую – «всей вашей чертовой команды», то есть Сэйгаку, в Германию с целью визита к их капитану. Таким образом, нам требуется девять билетов.

Из гардероба Атобэ к цвету лица Фудзи сейчас подошло бы его боа из перьев.

– Инуи, я поверить не могу…

– Орэ-сама никогда не…

– Акутагава-кун. Ты подтверждаешь поправку к договору?

Дзиро потянулся, изо всех сил стараясь казаться сонным и не позволяя себе рассмеяться, хотя очень хотелось. – Атобэ, ты в самом деле так сказал. В ресторане. Я записал, чтобы не забыть. – Он достал изрядно помятую копию договора со своими пометками на полях.

– Дзиро, орэ-сама не просил тебя это записывать, – сообщил Атобэ сквозь сжатые зубы.

– Ну, ты мне не давал никаких указаний об этом пари. Вот я и подумал, что это моя обязанность, – пожал плечами Дзиро. Привилегии спать на тренировках он лишится по меньшей мере на две недели, но дело того стоит. В следующий раз Атобэ подумает, прежде чем утаивать от него информацию.

Фудзи тем временем разговаривал с Инуи медленным, ровным тоном, как будто читая инструкцию. К гильотине, например. – Инуи, я, конечно, люблю нашу команду, но никакого сопровождения мне в этой поездке не требуется, поэтому я уверен, что Атобэ-сан, как и я, согласен, что…

– Фудзи, я не могу изменить предыдущее соглашение. Это будет неэтично. Команда очень обрадуется этой поездке. Я сообщу им новость на праздничной вечеринке, но сейчас мне необходимо кое с кем встретиться, – он кивнул всем троим, развернулся и направился к остальным Сэйгаку.

И Атобэ, и Фудзи ошеломленно глядели ему вслед. Затем, повернувшись друг к другу, они снова обменялись такими взглядами, что было странно, почему между ними не сверкнула молния. Дзиро незаметно отступил на пару шагов.

Наконец, Атобэ прижал ладонь ко лбу, как всегда делал, когда у него начинала болеть голова. – Мы теперь в расчете, Фудзи?

Дзиро удивился, как Фудзи способен выговаривать слова сквозь настолько плотно сжатые челюсти. – По правде говоря, мне уже все равно.

– Прекрасно. Орэ-сама сделает все необходимые распоряжения. Предлагаю сделать перерыв в нашем общении минимум до следующего турнира.

– Согласен, – тэнсай из Сэйгаку и аристократ из Хётэя развернулись и пошли в противоположные стороны.

Дзиро усмехнулся. Он очень рассчитывал, что Инуи поступит именно так. Самое время этим двоим остыть на тему Тэдзуки. Теперь ему хотелось только добраться до дома и…

Но тут сон как ветром сдуло – до Дзиро дошло, что всех остальных членов команды уже забрала мама Хиёси, а он, оставшись посмотреть на исход пари… ах, черт.

– Эй, Атобэ! Подожди! – Дзиро рванул за капитаном. Если он убедительно пожалуется на жизнь, может, его все-таки подвезут домой.

2009-09-05 в 20:30 

mind your head
Эпилог

Большинство людей считало, что Тэдзука при рождении обменял свое чувство юмора на выдающиеся способности в теннисе. Фудзи знал, что это неправда, и мог привести три независимых случая, доказывающих этот факт.

Первый произошел в их первый год обучения, вскоре после того как Фудзи перевелся в Сэйгаку. Инуи решил предложить капитану Ямато первый образец своего фирменного сока (Inui Jiru) - варево цвета темного шоколада, брошенного в грязную лужу. Когда очки Ямато упали на теннисный корт, уголки рта Тэдзуки слегка приподнялись, что можно было засчитать за самую настоящую улыбку.

Второй случился в том же году, когда какие-то третьеклассники из баскетбольного клуба решили, что будет забавно подразнить Таку-сана. Может, поначалу это для них и было забавно, но только до тех пор, пока Фудзи невзначай не передал другу теннисную ракетку. Когда Фудзи отвернулся от убегающих сэмпаев, провожаемых криками на плохом английском, то мог поклясться, что на какую-то долю секунды видел усмешку Тэдзуки.

И последнее доказательство было предоставлено на их второй год, после того как Золотая пара начала встречаться, но до того, как они научились минимальной осмотрительности. Тэдзука, Фудзи и Рюдзаки-сенсей вернулись к раздевалке в поисках потерявшегося плана расстановок для внутрикомандных матчей. Рюдзаки-сенсей открыла дверь, заалела как гранат и назначила Ойси и Кикумару по двадцать кругов каждому в разные стороны и под надзором. Когда отчаянно краснеющая парочка умчалась прочь, Тэдзука покачал головой, и его дыхание слегка сбилось. Подтвердить подозрение Фудзи не мог, но, возможно, это был тщательно контролируемый смешок.

Так что Фудзи знал, что у Тэдзуки есть чувство юмора, просто оно было неуловимее большинства существ в тропических лесах Мадагаскара. Однако, сколько они с Тэдзукой были знакомы, он ни разу не видел, чтобы капитан открыто смеялся… до этого момента.

- Не понимаю, что тут такого смешного, - Фудзи скрестил руки. Они впервые остались наедине с момента приземления самолета в Германии, а Тэдзука не придумал ничего лучшего, чем смеяться над ним. Откровенно хохотать, несмотря на то, что от попыток сдержаться у него на глазах выступали слезы.

- Конечно, понимаешь, - отозвался Тэдзука и снял очки, чтобы вытереть глаза. Или же потому что понял, какой эффект на Фудзи он производит без очков, но этот трюк не сработает и неважно, как долго они не виделись. Кроме того, Фудзи смог добиться только одного быстрого поцелуя, прежде чем Тэдзука потребовал объяснить, каким образом тэнсай выбил щедро оплаченные каникулы для всей команды Сэйгаку и какие законы он при этом нарушил. Фудзи имел все основания оскорбиться.

- Нет, не понимаю. Инуи угробил безупречно хороший план, - и Инуи заплатит за то, что угробил безупречно хороший план. Фудзи пока не придумал, как конкретно, но это большой город. Многое может случиться с бедным юным иностранцем, за что Фудзи не будет нести никакой ответственности.

- Но ты ведь все-таки приехал, - привел аргумент Тэдзука, водружая очки на место. Фудзи постарался, чтобы его разочарование осталось незамеченным.

- Лучше бы не приезжал. Уж точно не в качестве няньки для команды в полном составе. И Атобэ, должно быть, думает, что он теперь в безопасности.

- Атобэ и есть в безопасности, - отрезал Тэдзука, не оставляя места для возражений. – У него скорее всего и так будет масса проблем с родителями, когда они увидят счет за ваше путешествие, так что ты должен быть удовлетворен.

Фудзи пожал плечами. – Все равно мне это до смерти надоело.

- Вот и хорошо. И я не против того, что команда здесь. Приятно их повидать.

Фудзи поднял бровь. – О? Тогда мне стоит пойти поискать их? – он начал подниматься. – Эйдзи обещал занять всех на какое-то время, но я всегда могу…

- Сюскэ.

Фудзи замер, так до конца и не встав с кровати. Несомненно, у него галлюцинации. Не может быть, чтобы Тэдзука только что…

Сомкнувшаяся на запястье Фудзи рука потянула его назад. Судя по довольному выражению на лице Тэдзуки, сам Фудзи выглядел не на шутку ошеломленным. Капитан все спланировал. Столько усилий, и Тэдзука так легко перехватывает инициативу.– Сюскэ, мне по большому счету все равно, как ты сюда попал и кто приехал с тобой. Ты здесь.

Тэдзука прижался своими губами к губам Фудзи, одной рукой все еще держа его за запястье, а второй обнимая за талию. И на мгновение Фудзи забыл о команде, о пари и даже о травме Тэдзуки. Мир перед глазами расплылся, и не осталось ничего реального, кроме тепла и вкуса, наполовину состоящего из жасминового чая и наполовину из того, что было самим Тэдзукой.

Иногда Фудзи задавался вопросом, почему он зашел так далеко из-за такого упрямого, бескомпромиссного, безэмоционального и в целом тяжелого человека, как Тэдзука Кунимицу.

И иногда он вспоминал.

2009-09-13 в 11:33 

neliaka
Классно! Спасибо за фик!

2009-09-17 в 21:54 

mind your head
neliaka Не за что :) Рады, что понравился ))

2010-03-17 в 00:50 

M.Foi
На свете нет ничего, что не могло бы случиться
О, замечательный фик. Четыре часа сплошного удовольствия.

Большинство игроков Сэйгаку, включая Кайдо, пребывали под впечатлением, что Инуи и Фудзи знали исход любого матча еще до того, как соперники вступали на корт. Инуи-сэмпай использовал имеющиеся у него данные, что было достаточно понятно, но не всегда срабатывало. Фудзи-сэмпай, судя по всему, пользовался черной магией.
Это просто убило. Фуджи и черная магия - мой новый ОТП. Огромное спасибо за перевод)

2010-03-19 в 23:26 

cattom
mind your head
M.Foi :goodgirl: Большое спасибо за отзыв, нам очень приятно, когда перевод нравится читателям. ОТП это хорошо, но думаете Фудзи предпочтет Тэдзуку черной магии? )))

2010-03-19 в 23:32 

M.Foi
На свете нет ничего, что не могло бы случиться
cattom А ведь вы правы, ни за что! Что ж, придется остановиться на варианте ОТП3))

Большое спасибо за отзыв,
Это вам спасибо за перевод. Побольше бы таких замечательных фиков переводили такие замечательные переводчики)

2013-02-03 в 19:31 

prosta waw!!! prochitala na odnom dixanie ^ _ ^

URL
   

Inui's Data Journal

главная